… Стемнело. Бродяги вернулись в ночлежку, больного внесли с улицы, уложили на лавке. Он бредил, а бродяги понуро сидели около него. Стояла тягостная тишина, только тихонько плакала Галя да вполголоса бормотала молитвы баба Шура.
– Отдай шкатулку, Горбач! Отдай шкатулку!.. Стойте! Там же Горбач с Игнатовым! Не взрывайте! Нет! – бормотал Данил.
В ночлежку вошел Эдик. К нему бросилась Галя.
– Эдик, как хорошо, что ты пришел! У тебя ведь сегодня должна быть получка?
– Сегодня, а что?
– Выручай! Коляна-то нет, кормильца нашего главного. Я сегодня ничего не заработала – с больным сидела. В общем, с деньгами большой привет. Пошла в аптеку, лекарства Даньке купить, денег не хватило. Дорогое лекарство-то.
Эдик помялся.
– А я вас покидаю. Вот книги свои заберу и пойду.
– Куда это?
– Познакомился с женщиной. Буду жить у нее. Так что больше на получку мою не рассчитывайте.
– Нужен ты ей! – взорвалась Галя. – Ни кола ни двора! Натешится тобой – да выгонит. Опять к нам придешь.
– Не выгонит! – усмехнулся Эдик, заворачивая книги в газету. – Я мужчина хоть куда, а она меня на десять лет старше.
– Ребенку дай на лекарство! И иди к своей любовнице!
– Выручи! Совсем плохой мальчишка, – умоляюще протянула баба Шура.
В этот момент в ночлежку вошли Аркаша, Денис, Лиза и отец Арсений. Лиза тут же зажала нос. Денис бросился к Данилу.
– Сынок! Сынок! Ты меня слышишь? Это я, папа… Да у него температура!
– Какие жуткие условия! – пролепетала Лиза, брезгливо озираясь.
Денис легко подхватил сына на руки. Данил открыл глаза:
– Папа, это ты?
– Я. Все в порядке, сынок. Все позади.
– Горбача и Игнатова не взорвали? Где шкатулка?
– С ними все в порядке. И шкатулка на месте. Поехали домой.
– А где Аркаша? Я без Аркаши никуда не поеду!
– И Аркаша твой здесь. Едем!
Они вышли так же стремительно, как и вошли. Бродяги как замерли, открыв рот, так и остались сидеть.
– Ну, я пошел… – прервал молчание Эдик. – Счастливо оставаться.
В больничной палате пахло лекарствами, и аромат каких-то диковинных цветов, принесенных Лизой и поставленных к изголовью больного, не мог заглушить этот резкий запах. Около постели Данила сидели Денис, отец Арсений и Аркаша. Данил чувствовал себя лучше, он полулежал, привалившись к приподнятым подушкам.
– Значит, Горбача и Игнатова вытащили? – с жадностью расспрашивал он.
– Вытащили, – в который раз отвечал на вопрос Аркаша.
– И шкатулку нашли?
– Нашли-нашли. Ее, оказывается, из музея украли.
– И не просто нашли, а за нее еще и премия полагается, – вмешался отец Арсений. – Поскольку вроде как я обнаружил клад, мне и деньги получать. Сначала я хотел потратить их на какое-нибудь хорошее дело, может быть, на храм. А потом подумал, что некоторым людям эти деньги нужнее, чем храму. В общем, я решил так: деньги разделю и положу на три счета – на твой, Данил, на Аркашин и на Серегин.
– Вот это класс! – оживился Данил.
– Я тоже думаю, что деньги нам не помешают, – солидно заметил Аркаша. – Ты только поправляйся скорее! Врач говорит, что недели через две тебя домой выпишут.
– А ты никуда от меня не денешься? Ты всегда со мной будешь?
– Сынок, – вмешался Денис, – поскольку у Аркадия талант, я хочу определить его в училище, где учат петь. А жить он будет в интернате при этом училище. И в школу пойдет со следующей недели. А к нам он будет приходить, когда захочет… И еще. Раз все эти люди так были добры к тебе, я решил позаботиться о них. Думаю, что тебе приятно будет об этом узнать. Старушку…
– Бабу Шуру!
– Бабу Шуру я определю в дом престарелых. Дядю Вову – в дом инвалидов. Дед Иван со своими собаками будет охранять наш загородный дом. А его собаки будут у нас на почетной пенсии за то, что нашли тебя сначала в яме на свалке, а потом в той ужасной пещере. Галю взяла в горничные наша Лиза.
– А Колян?
– Коляна я вызволил из-под ареста под свое поручительство. И он вернулся в свое логово.
– А Серега?
– Серега остался с ним, хотя я тоже хотел позаботиться о нем. Ну, его дело! Надоест играть в Робин Гуда, дорогу знает.
– Пап, а как поживают твои бамбусики? – лукаво улыбнулся Данил.
– Я долго думал над твоими словами и решил: пусть это будет просто детский мультик, который будет помогать детям выжить в этом сложном мире… Но производителям мороженого я все-таки бамбусиков продал!.. Поправляйся скорей, сынок. Мы с Лизой ждем тебя. Без тебя нам плохо.
Отец Арсений и Аркаша переглянулись.
– Ну, нам пора, – сказал священник, поднимаясь.
– Пока, Даня! – сказал Аркаша.
Они вышли на улицу.
– Хорошо, что Данька домой вернется! – вздохнул Аркаша. – Я всегда говорил, что он не для такой жизни.
– А ты для такой?
– Я деревенский, крепкий, меня сломать трудно.
– Ну, вот, все, что хотели, мы сделали, – сказал отец Арсений. – Надеюсь, что уж ты в логово к Коляну не вернешься. Я хочу, чтобы ты погостил у меня.
