— Нет, но я говорю правду.
— Правда состоит в том, что Дрейк из Уиндхерста лишил невинности мою жену и похитил ее в нашу брачную ночь.
— Нет! — возразила Рейвен. — Я сама изъявила желание уйти. Дафф знал, что я никогда не хотела этого брака. Я бы вступила в сговор с самим дьяволом, лишь бы избежать участи быть твоей женой. Ты убил мою сестру.
Уолдо занес руку для удара, но Дафф с поразительной резвостью перехватил ее, не дав ему дотронуться до Рейвен.
— Ты сказал, что ничего не сделаешь Рейвен, — напомнил он. — Ей и так уже предстоит тяжкое наказание — носить твоего ребенка. Мы оба знаем, что она презирает тебя. Избив ее, ты ничего не решишь и не изменишь.
Никто не был так поражен этим внезапным заступничеством Даффа, как сама Рейвен. Дафф никогда раньше не перечил Уолдо. Ободренная словами брата, она решила напомнить Уолдо, что ее отношения с Дрейком могут иметь определенные последствия. Понимая, что реакция будет скорее всего жестокой, она приготовилась к его гневу.
— Я, может быть, уже ношу под сердцем ребенка Дрейка.
Услышав это, Уолдо не выдержал и все же ударил ее так сильно, что сбил с ног. Она лежала на земле, глядя в его разъяренное лицо и гадая, убьет ли он ее.
— Только ударь ее еще раз, и ты умрешь мучительной смертью, — пригрозил Дрейк, пытаясь вырваться из рук стражников.
Уолдо даже не обратил на него внимания. Весь его гнев был обращен на Рейвен.
— Дрянь! — заорал он. — Ты носишь бастарда моего брата?
Рейвен высоко держала голову, не собираясь отступать.
Пожав плечами, она сказала:
— Возможно.
— Когда ты будешь знать точно? — Лицо Уолдо было таким красным, что казалось, он вот-вот лопнет.
— Не знаю, недели через две, — солгала она, не моргнув глазом. Самое большее — три. Заранее трудно сказать.
— Стража! — взревел Уолдо. — Отведите мою жену в комнату наверху башни и заприте ее. — Два огромных стражника тут же подступили к Рейвен. — Моя дорогая жена будет находиться в своих покоях до тех пор, пока я не увижу твердых доказательств, что она не беременна. — Он повернулся к Дрейку: — А тебе, сэр Бастард, лучше молиться, чтобы она не носила твоего ребенка. И ты будешь до тех пор наслаждаться темницей Черка, пока Рейвен не станет моей женой в полном смысле этого слова. Твоя жизнь в моих руках, и сознание этого сделает ее более терпимой к моим ласкам.
Он махнул рукой, и стража потащила Дрейка к темнице.
— Подождите! — закричал Дрейк, упираясь. — Что будет с Рейвен, если она носит моего ребенка?
Уолдо отвратительно ухмыльнулся.
— Тогда, дорогой братец, ты встретишься с ней в аду.
Дрейк рванулся к Уолдо, но стража скрутила его. Уолдо кивнул одному из стражников, тот ударил Дрейка по голове рукояткой меча, и Дрейк потерял сознание. Рейвен закричала, и нескольким стражникам пришлось держать ее, пока другие волокли по земле обмякшее тело Дрейка.
Рейвен беспокойно металась по комнате; страх за Дрейка разъедал ей душу. Она ничем не помогла ему, вернувшись в Черк, лишь подвергла опасности теперь и свою жизнь. Она не могла сказать с уверенностью, что носит ребенка Дрейка, хотя грэнни полагала, что так оно и есть.
Она подошла к узкому окну и взглянула на покрытые вереском холмы. Уэльс и безопасность были совсем рядом, по ту сторону границы, но сейчас все это казалось ей бесконечно далеким и недостижимым. Она опустилась на широкую кровать и стала размышлять над своим скудным выбором. Во-первых, если не наступят ее «грязные» дни, Дрейк умрет, да и она тоже, вместе с ребенком. Этого нельзя допустить, и она не допустит. Ребенка Дрейка нужно защитить любой ценой.
Рейвен услышала скрежет ключа в замке и с надеждой посмотрела на дверь. В комнату вошла незнакомая ей служанка с миской и кружкой в руках.
— Меня зовут Ларк, — сказала девушка, глядя на Рейвен с плохо скрываемым презрением. — Я буду прислуживать вам.
— А где Тельма? Она раньше мне прислуживала.
Ларк пожала плечами:
— Не знаю. Здесь нет служанки по имени Тельма.
— А сэр Мелвин? Он — управляющий моего брата.
— А, вот его я знаю, — ответила Ларк. — Сэр Мелвин теперь на покое и живет с дочерью в деревне. Управляющим Уолдо стал сэр Эдгар. Вы голодны? Я принесла вам еду. — Она поставил миску и кружку на стол у очага с такой небрежностью, что часть эля выплеснулась на стол.
По крайней мере Уолдо не собирается морить ее голодом, подумала Рейвен. Она гадала, почему вдруг избавились от Тельмы. Странно, что слуги, которых она когда-то знала, больше не живут в замке.
Она наблюдала за расхаживавшей по комнате Ларк и вдруг вспомнила, что та назвала Уолдо просто по имени, а не лордом или милордом. Нетрудно было догадаться, какую роль играла грудастая девица в жизни Уолдо.
— Ты здесь новенькая, да? — спросила Рейвен. Служанка была симпатичной, с хорошей фигуркой, но на удивление непочтительная.
— Я принадлежу Уолдо, — заявила Ларк без обиняков. — Он берет меня повсюду с собой.
— Ты его любовница, — сказала Рейвен.
