— А вас это беспокоит? Уолдо — настоящий мужчина, и раз у вас нет желания угождать ему в постели, я заняла ваше место. — Ее холодные голубые глаза сверкали злобой и одновременно любопытством. — Вы подружка Черного рыцаря. Говорят, он замечательный любовник. Рейвен с негодованием отвернулась.
— Если мой муж прислал тебя следить за мной или задавать наглые вопросы, передай ему, что мне нечего сказать. А мои мысли принадлежат только мне.
— Ну и наслаждайтесь ими, миледи, — высокомерно заявила Ларк. — Пока вы тут под замком, а ваш любовник мучается в темнице, я буду ублажать Уолдо в постели.
— Да ради Бога, — сказала Рейвен, небрежно махнув рукой. — Я никогда не хотела быть женой Уолдо. Он и сравниться не сможет с Дрейком. Оставь меня, я предпочитаю быть одна.
Ларк направилась к двери.
— Я вернусь, чтобы посмотреть ваше белье перед тем, как вы ляжете спать. Я должна сообщить Уолдо, когда у вас наступят «грязные» дни. Или когда вы их пропустите, — многозначительно добавила она.
Удар по голове был столь сильным, что Дрейк пришел в себя, лишь когда его притащили обратно в темницу. И все же, несмотря на страшную головную боль, к нему постепенно возвращалась способность ясно мыслить. Рейвен оказалась в руках Уолдо, и ему хотелось кричать, ругаться, избить кого-нибудь, все равно кого. Ему была невыносима мысль о том, что Уолдо начнет домогаться ее, прикасаться к ней, прижиматься телом к ее телу. А он, Дрейк, в это время будет в темнице, и его скорее всего снова начнут истязать. Интересно, как он на этот раз вынесет пытки?
Мысли метались в голове Дрейка, но какая-то одна, тревожившая его с самого начала, все не давала ему покоя. Что-то насчет темницы. Он попытался сосредоточиться на небольшом сыром подземелье, которое смутно помнил с детских лет. Ужас охватил Дрейка при мысли о том, что эта грязная дыра может стать его могилой, и его взгляд заметался по каменным стенам.
И внезапно в этих мрачных размышлениях мелькнул лучик надежды. Он вспомнил нечто столь важное, что запрокинул голову и рассмеялся. Давным-давно, когда он впервые появился в Черке, Уолдо бросил ему вызов, утверждая, что Дрейк не сможет провести всю ночь в темнице. И хотя ему было жутко, Дрейк сделал это, чтобы доказать, что не трус.
В ту ночь, держа в руке факел, он спустился по каменным ступеням в неизвестность. Ему, как и любому мальчишке на его месте, было очень страшно, но он жаждал показать свою отвагу. И вот тогда-то совершенно случайно он обнаружил туннель. Ночь тянулась очень медленно, и Дрейк от нечего делать стал внимательно рассматривать стены. Он заметил, что один огромный камень выделяется на фоне других, и решил осмотреть его. Когда он навалился на камень, тот поддался, а за ним оказался вход в туннель. Проход был узкий, весь в паутине, и Дрейк не решился обследовать его.
Радуясь, что ему известно то, чего не знают другие, он задвинул камень на место и утром никому не рассказал о своей находке. Любопытство и торжество от того, что он знает нечто неизвестное Уолдо, побуждало его еще трижды отправляться в темницу. Во время этих тайных посещений он изучил сам туннель и три ответвления от него. Самый длинный рукав шел под уклон и выходил в лес за крепостным рвом. Второй вел в оружейную на первом этаже замка, третий — в покои на верхнем этаже башни. И хотя Дрейк тогда побоялся войти в ту комнату, он узнал, что вход скрыт за большим гобеленом, висевшим на западной стене спальни.
Дрейк понятия не имел, пользовался ли кто-нибудь туннелем, но предполагал, что его назначение было в том, чтобы дать возможность семье благополучно покинуть за мок в случае опасности. Вдоволь насладившись своими поисками, он больше не возвращался в туннель и со временем даже забыл о нем. Сейчас он гадал, сможет ли снова найти вход и в каком состоянии сам туннель после стольких лет. Но в одном Дрейк был совершенно уверен: ни Дафф, ни Уолдо, похоже, даже не подозревали о его существовании. Если бы Уолдо знал об этом, он заковал бы Дрейка в кандалы.
Следующие несколько дней Дрейк провел в поисках входа в туннель. Ему необходимо было найти его как можно быстрее, потому что от голода и жажды силы его быстро таяли. Уолдо удвоил охрану у темницы, и сочувствовавший Дрейку рыцарь уже больше не мог ничего передавать ему.
Он уже почти было потерял надежду, когда вдруг обнаружил вход, вернее, нечто похожее на вход. Прошло так много лет с тех пор, как он последний раз был здесь, и Дрейк боялся, что память может подвести его. Находясь без еды и воды, в полутьме, он потерял счет времени. Теперь, когда стража больше не появлялась, он уже не мог отмечать каждый новый день. В животе у него урчало от голода, язык от жажды распух, но Дрейк не обращал внимания на это. Он и раньше, бывало, голодал и мучился от жажды. Сейчас все его силы нужны были для того, чтобы сдвинуть камень. И когда он уже отчаялся, камень вдруг поддался, совсем немного, но достаточно для того, чтобы дать ему надежду.
