— Отвезу ее в свадебное путешествие по внешке, чтобы она сказала «прощай» своим страхам, — нашелся с ответом Петруха. — Клавдия, обрученная с тьмой. Им уже давно есть о чем поговорить между собой.
Из леса выглянул сохатый. Едва высунул из кустов свой длинный нос с подвижными ноздрями и долго нюхал воздух. Видимо, он был старше, чем «страхапокалипсис», и знал, чем может обернуться слишком смелое маневрирование на расстоянии выстрела из человеческого оружия. Получив и проанализировав информацию, лось бесшумно растворился в лесу. Дикая природа понемногу заявляла свои права на территорию, оставленную человеком.
Рустам не объявился ни через час, ни через два, ни через пять. Обычно он был пунктуален. Максим начал беспокоиться, то и дело хватался за рацию, но каждый раз откладывал выход на связь, опасаясь подставить товарища. Причина его опоздания могла быть только одна: он столкнулся с тем, с чем следовало бороться. Исход этого столкновения мог быть разным, но в способностях Рустама предвидеть опасность Максим не сомневался. Единственный минус, которым грешил друг — злоупотребление конопляными сигаретами. Он уверял, что в состоянии наркотического опьянения видит мир шире, буквально чувствует все его вибрации. Максим под кайфом ничего не чувствовал, кроме беспричинного желания смеяться. Ум в такие моменты работал намного хуже. Он намеренно пытался складывать и вычитать в уме двухзначные числа, и был неприятно удивлен тем, как трудно ему это дается.
Вечерело. На дороге, блеснув отражением закатного солнца, появилась легковая машина. Начкар (начальник караула) забрался на блокпост и посмотрел на нее в бинокль.
— Опять эти цыгане едут, — произнес он удивленно. — Мужики, в ружье, — крикнул он вниз.
Максим с отрядом тоже спрятались за бетонными стенами укрепления. Старая легковушка подъехала к первому блоку, после которого надо было двигаться змейкой, и остановилась. Максим смотрел в бойницу, но оружие пока не выставлял. На машину и так смотрело несколько стволов, которые вмиг превратили бы ее в решето. Вдруг мотор автомобиля взревел и начал крутиться на высоких оборотах.
Органы чувств мгновенно уловили появление «черного спектра». Пространство внутри блокпоста наполнилось взбухающей чернотой и нечеловеческими криками. Дикий парализующий сознание ужас завладел телом Максима. Единственное, что он смог — это начать кричать. Тьма бездонной чернотой разверзлась перед ним, засасывая внутрь безжизненного ничего, бездушного ледяного ада, существующего за счет отдающих тепло человеческих тел. Максим был парализован, и мог только наблюдать за тем, как безвольно проваливается во тьму.
Тьма затарахтела звуком, похожим на пулеметные очереди из ПКМа, и начала слабеть. Края бездны начали светлеть, а мощный поток, затягивающий внутрь нее, слабеть. Когда она растворилась окончательно, Максим снова ощутил себя стоящим перед бойницей, за которой видна была дымящаяся, изрешеченная пулями легковушка. Ноги его подогнулись, и он упал без сил. Спустя минуту услышал, как зажужжал генератором «велосипедист», и раздались знакомые голоса, один из которых принадлежал Рустаму.
— Сюрприииз? — лицо друга наклонилось над Максимом.
— Скотина, — с трудом вымолвил он, поняв, что Рустам с отрядом все это время был рядом.
— Прости, я гонялся за ними две недели, — Рустам помог Максиму сесть и опереться спиной о бетонную стену блокпоста. — Ты понял, что они творят?
— У них излучатель наоборот?
— Вот именно, мощный узконаправленный излучатель. Они у кого-то дербалызнули эту штуку, и почувствовали себя хозяевами мира. Только за две недели, что я за ними бегаю, узнал о шести случаях, когда они ее применили. В общей сложности эти уроды отправили в никуда больше ста человек. Это не люди, это пособники тьмы, материальное воплощение. Кстати, мы нашли запасы кофе, который три в одном, помнишь такой?
— Еще помню этот мерзкий вкус, — Максим еле кивнул головой.
— Это тогда он был мерзкий, а сейчас божественный. Правда, содержимое от старости немного окаменело, но на вкус это никак не повлияло. Тебе сейчас кофеин не помешает, — Рустам снял со спины рюкзак и вынул из него красочную упаковку с кофе.
— Это верно, не помешает.
Рустам ушел, чтобы согреть чайник. Его голос раздался за стенкой.
— Эй, заряжающий, будь добр, покрути педали активнее, мне надо чайник подогреть командиру.
— Командир, у меня ноги после марш-броска ватные, — ответил недовольным тоном «велосипедист».
— Кофе хочешь?
— Не откажусь.
— Крути педали, я и тебе заварю.
Жужжание генератора ускорилось. Максим потер уши, лицо, покрутил руками, чтобы разогнать кровь. Тьма высасывала из человека все силы за мгновения. Даже после непродолжительного контакта с ней появлялось ощущение, будто вспахал вручную целый огород, а уж после того, что произошло только что, казалось, что разгрузил лопатой железнодорожный вагон угля. Руки тряслись, в голове шумело. Однако на душе было спокойно и даже радостно от того, что не погиб сам и не погиб Рустам. Мысли о его гибели упорно лезли в голову в последние часы до появления злополучной машины.
