Рам Джас не знал, почему именно они считают Черного священника другом, но во время своего последнего путешествия в лес Фелл он слышал, как имя Уты Призрака произносили с любовью. Доккальфары боялись всего и всех, нелегко было завоевать их доверие и дружбу — отношение обычных людей научило их осторожности; но Ута совершил нечто такое, что заставило их забыть о десятках убитых им соотечественников. Рам Джасу не было нужды приобретать их дружбу, потому что первые двадцать лет жизни он провел рядом с ними и их необыкновенное дерево наделило его самого сверхъестественными способностями.
Его жена любила гулять в лесах Ослана, слушать пение странных неумирающих существ; Рам Джасу тоже не хватало этого пения, когда ему приходилось надолго покидать родные места. И даже теперь он старался не упускать ни одной возможности вернуться в глухие леса и провести время с доккальфарами.
— И что теперь? — спросил Бром. — Ты оставил его в живых, чтобы он продолжал охотиться на нас?
Рам Джас снова лег на траву.
— У меня есть какое-то предчувствие насчет этого священника, — загадочно произнес он. — Думаю, он больше не будет выслеживать нас.
— И все равно тебе следовало его убить… но я не хочу больше драться с тобой из-за этого. — Бром рассмеялся, и друг его понял, что радужный дым все-таки помог лорду расслабиться.
— Возможно. Но я этого не сделал, — сказал кирин.
Какая-то мысль пришла в голову Брому, и он снова озадаченно уставился на друга:
— Как же так получилось, что я совсем не знаю тебя?
— Ты знаешь меня много лет, идиот, — возразил Рам Джас.
— Но ничего из того, что ты сказал, я не знал. Сомневаюсь, что Хасим или Магнус знают это о тебе. А вообще кто-нибудь знает о тебе все, Рам Джас?
Бром задавал вопросы, которые не нравились кирину, но он не хотел его обидеть, поэтому Рам Джас решил ответить:
— Была одна женщина, но ее убили Пурпурные священники…
— О, прости, — негромко произнес Бром, закинув руки за голову.
Его немногие друзья знали, что существует граница, дальше которой расспрашивать Рам Джаса не следует. Он редко говорил о своей жене и привык к тому, что при одном лишь упоминании о ней его собеседники замолкали.
Рам Джас покачал головой, и в мозгу у него начала формироваться идея — одна из тех идей, которые приходили к нему только тогда, когда он был совершенно одурманен наркотиком.
— Бром… — вопросительно начал он.
— Да, Рам Джас.
— Мне кажется, я придумал, где нам получить помощь. — Кирин понимал, что идея не очень хорошая, но мысль о вступлении в крепость Канарн вдвоем была еще хуже.
— У тебя где-то здесь поблизости имеется дружественная армия ассасинов? — тупо ухмыляясь, спросил Бром.
— Нет, но я знаю одного… э-э… человека… хотя его нельзя в полном смысле слова назвать
— Странное имя. — На лице Брома внезапно появилось подозрительное выражение, он сел и посмотрел на Рам Джаса сверху вниз. — Кто он такой?
Кирин вздохнул:
— Он из народа доккальфаров… на их языке его зовут Тир, что примерно означает «воин».
Поскольку Бром находился под действием наркотика, он не слишком удивился и лишь посмотрел на друга с сомнением:
— И он живет в лесах у меня на родине?
— И не он один. Он рассказывал мне, что там существует большое поселение — может быть, несколько сотен жителей — в самых непроходимых чащобах.
— Уж наверняка мы бы знали, если бы деревня восставших из мертвых находилась так близко от Ро Канарна, — скептически произнес Бром, и Рам Джас понял, что молодой лорд не собирается ему верить.
— Они хорошо умеют скрываться. Ваш бог просто помешан на том, чтобы перебить их всех.
На лице Брома внезапно появилось оскорбленное выражение:
— По-твоему, я похож на священника?
— Нет, но ты все равно принадлежишь к народу ро. От тебя так и несет необоснованной гордыней.
Бром невольно расхохотался.
— Ну хорошо, так чем нам может помочь восставший из мертвых? — спросил он, прекратив смеяться.
— Допустим, если я сумею его уговорить, он может привести с собой нескольких друзей. — Рам Джас закрыл глаза, потому что солнце, выглянувшее из-за туч, светило очень ярко. День предстоял жаркий. — Это самый лучший план… если можно назвать это планом… больше ничего не приходит в голову.
— А зачем ему помогать мне возвращать мое герцогство?
— Этот народ не питает большой любви к церкви ро, поэтому их может привлечь возможность прикончить парочку-другую Красных рыцарей. — Рам Джас усмехнулся. — И будет очень хорошо, если ты пообещаешь, что, когда станешь герцогом, оставишь их лесную деревню в покое.
Бром покачал головой и потер глаза:
— Думаю, в ближайшее время мне не судьба стать герцогом. Канарн либо станет независимым государством, либо попадет под власть раненов.
— Значит, будешь верховным вождем.
