– Глеб получит премию, без вопросов. А вот ты утром создала мне солидную порцию проблем. Как думаешь, захочу я отстегнуть тебе немножко?
– Думаю, да,– лихорадочно соображая, вымолвила Ольга, и тут же добавила:– Ведь именно благодаря мне этот сюжет увидел жизнь.
– Правда? – прищурившись, шеф почесал пальцами подбородок. – Может, Глеба позовем и спросим?
– Так я про то и говорю, что он едва съемку не сорвал,– заговорщицки понизив голос, вымолвила девушка. – Он хотел уехать раньше времени, а я заставила его сделать больше подсъемок. Если бы мы уехали, когда он хотел, то ничего бы не вышло.
– А куда он собирался так рано уехать? – вклинился редактор, нахмуренный и побледневший одновременно.
– Хотел домой заехать, по личным делам,– вдохновенно врала Ольга с очень уверенным видом. – Но я удержала. И я увидела. А он только снял.
– Не все так прекрасно в датском королевстве, мой дорогой друг,– обратился к редактору шеф, недобро блеснув глазами. – А ты можешь идти. Уговорила. Будет тебе премия. Нормальный сюжет.
– Благодарю,– изобразив книксен, Ольга поспешно вышла из кабинета, чувствуя, как немного сжалось что-то в груди, но, помассировав щеки пальцами, она стряхнула с себя все неудобство и, глянув на часики на руках, обрадовалась, что до конца рабочего дня осталось менее получаса. Она сегодня не была дежурной, поэтому вечер могла посвятить дочерям.
В офисе стоял гомон, все продолжали обсуждать сенсационное разоблачения зама, гадая, какие кары небесные спустят на него с верхов за глупое сентиментальное желание увидеть утренник сыночка. Глеб сидел за ее столом, задумчиво щелкая мышкой по страницам. Увидев Ольгу, он расцвел в своей белозубой улыбке, а снизу на нее глянула уже проснувшаяся и улыбающаяся Ксюша, дергающая парня за бейдж с надписью «оператор».
На секунду Ольга представила, что так могла бы выглядеть их семья – спокойный, уверенный в себе мужчина, маленькая довольная Ксеня на его руках и она, пришедшая с работы, готовая насладиться объятиями перед сном и расслабляющим массажем ступней. Но тут же стряхнула с себя этот образ, как стряхивает грязноватую воду со своей шерсти бродячий пес.
– Спасибо, что посидел с ней,– забирая ребенка, она адресовала Глебу одну из стандартных улыбок и села за стол, открывая социальные сети.
– Все в порядке? Ну, у шефа в смысле?
– Абсолютно,– отозвалась она, даже не взглянув на него. – В полном.
– Тогда, может, сегодня вечером встретимся? – он спросил это резко и отрывисто и примолк. Ольга развернулась на крутящемся кресле и глянула на Глеба снизу вверх:
– Почему и нет? Приходи ко мне сегодня, в десять. Девочек я у бабушки оставлю.
– Договорились,– он просиял, но в ту же секунду в офис зашел редактор, пылающий щеками, готовый швырять молнии в разные стороны и грохотать, как закипающий чайник.
– Глеб, в кабинет, быстро,– отрывисто рявкнул он и удалился.
Из офиса Ольга с Ксюшей ушли, когда Глеб еще был у редактора. Со спокойной душой девушка притворила дверь и зашагала, даже не оглянувшись назад, не прислушиваясь и не думая совершенно ни о чем.
Припарковавшись у собственного дома, Оля позволила себе расслабленно развалиться на водительском сиденье, изредка бросая расслабленные взгляды на Ксюшу, которая вознамерилась всеми силами выбраться из ненавистного кресла, и теперь оттягивала ремень безопасности, хлопая им себя по рукам, кривилась и брыкалась, как заведенная. Ольга улыбалась, глядя на ее бесплодные попытки, и бормотала себе под нос:
– Да, маленькая, в жизни именно все так и происходит, так что учись самостоятельно справляться со всем этим бредом…
Пискнул домофон, гулко, протяжно, устало, и в пропитанный сурой хмурью день выпорхнула Алина, быстрая, резвая, но неулыбчивая, серьезная, как и всегда. Ольга помахала ей рукой из машины и кивнула на заднее сиденье, ожидая того момента, когда сможет расцеловать ее в пухлые щеки.
Девочка забралась в салон, щелкнула ремнями и выжидающе уставилась на мать, которая, перегибаясь через громоздкие сидения, сразу же полезла обнимать и целовать дочурку. Стерпев материнскую нежность, Алина уставилась в окно и отдала команду:
– Выдвигаемся.
– Так точно! – бодро отрапортовала Ольга, выбираясь из маленького кармашка, густо забитого самыми разными машинами, расположившимися напротив темного бетонного короба, в глубинах которого теплились крохи жизни. На дороге все было как-то поживее, в вечной гонке дом-работа-отдых мчались люди, и Ольга примкнула к их рядам, подкрутив потише музыку, спрашивая у старшей:
– Как дела? Как день прошел?
– Нормально,– равнодушно пожала плечами Алина, не отрывая взгляда от первых зажигающихся фонарей в предвечернем сумраке, на редкие огоньки ламп в небольших и уютных кафе, в которые они никогда не могли позволить себе зайти.
– А что делали сегодня? – Ольга включила поворотники и перестроилась в левый ряд, прищурено поглядывая на притормаживающих опасливо водителей.
