– Сейчас я ее поймаю! Хочу ближе рассмотреть.
– Да зачем она, жуть энтакая, сдалася? Их над конопелью знаете сколько летает? Тучи! И все разные. И синие, и зеленые, и черные! Велите садовнику, он вам наловит.
– Какая еще конопля, центр города же?
– Так то при Академии Наук поле, там ученые сперименты ставят. Чтоб, значит, самую-пресамую конопель на королевские поля садить. У нас, в Астурии, лучшая пенька на всем конта… континенте! А еще она красивая, у нас в гербе листик. Академия совсем близко, как за кладбищем будет поле, потом сад бостунический, а дальше ихние башни. Высокие, страсть! В двадцать этажей!
Ринка невольно рассмеялась. Бостунический сад, с ума сойти!
Вот его бы Ринка с удовольствием посмотрела. И просто там погуляла. Дома она нередко ездила в Ботанический сад – и пешком гуляла, и на велосипеде там каталась. Интересно, а здесь велосипеды есть? Если нет – она изобретет. Всегда мечтала изобрести велосипед, да и папа говорил, что у нее талант. В смысле к изобретению велосипедов.
– А озеро поблизости есть?
– Знамо дело, есть. С него академики поля поливают. Говорят, глубокое, жуть! И на дне чудовище живет, с длинной-длинной шеей. По ночам вылезает и воет, воет. Тоскует потому что. Оно ж там совсем-совсем одинокое!
– Как романтично… – Ринка едва сдерживалась, чтобы не засмеяться в голос. Одинокое несклонное чудовище! Гитару ему подарить, что ли, чтобы выло с аккомпанементом? – И что, отвечает ему кто-нибудь?
Магда оживилась, глазки разгорелись:
– Говорят, к нему темными ночами драконника прилетает! Прилетит – и кружит, кружит над озером, а он воет и воет! Видать, любовь у них…
Ой-ой-ой. Любовь дракона с чудовищем. В Академии Наук. Мать моя Ктулху! Прямо как в родном универе!
Все, хватит ржать. Пора проветриться, а заодно посмотреть ботанический сад и местную коноплю. Магомодифицированную! А может, и встретить там папиных коллег, магов-генетиков… или доктора Петера… Хотя вряд ли, он занимается порталами, а не какой-то там коноплей. Для порталов трава должна быть явно посерьезнее.
– Магда, принеси для кошки молока. Теплого! – велела Ринка, которой не терпелось пойти исследовать территорию. То есть она помнила, что герр супруг чего-то там рекомендовал на тему безопасности, но она же не пойдет в город! Только в сад. Бабочку поймать.
Как только Магда выбежала за дверь, Ринка подоткнула юбку (благо тут хотя бы панталоны водились, длинные и неудобные, но все лучше голой попы) и залезла на подоконник. Оттуда осторожно перебралась на толстую ветку вишни, предварительно ее подергав – крепка ли. Падение в кусты в Ринкины планы не входило. Через пару минут Ринка была уже на земле, немножко поцарапанная и растрепанная, но она ж не на прием к королю собралась.
– Ой, мадам!.. – послышалось из окна, когда Ринка оглядывалась в поисках тропинки, ведущей к кладбищу. – Что же вы! Как же!.. Постойте, я с вами!
– Стоять! – скомандовала Ринка, видя, как Магда с видом героини Сопротивления лезет на подоконник и собирается повторить ее путь. – Прикрывайте отход, боец Магда! А всем, кто спросит, куда я делась…
– Но вы ж не топиться, правда? Там мелко! И грязно! И чудовище мокрое и склизкое! – попыталась переубедить ее Магда подручными средствами.
Ринка оценила креатив. Там где мелко, грязно и склизкое мокрое чудовище – уж точно ни одна романтичная барышня топиться не станет. То ли дело, когда чудовище брутальное, волосатое и суровое, вот тогда да… тогда – самое то. Особенно если в роли чудовища ректор Академии.
– Не волнуйся, я просто погуляю и поймаю бабочку. А некоторые… да, если его светлость спросит, то скажи: к озеру пошла. В расстроенных чувствах. Вот настолько расстроенных, что ты прямо не знаешь. Поняла?
– Ага! – радостно закивала новообретенная сообщница. – Все скажу! Вы только шалю возьмите, холодно же!
На шаль Ринка милостиво согласилась. И, подмигнув Магде, пошла прочь – искать заднюю калитку. И только найдя ее, вспомнила, что не взяла с собой ничего, что могло бы послужить контейнером. Ну и ладно! Она просто прогуляется и нарвет немного растений для гербария. Магомодифицированной конопли! Интересно, а этот сорт можно курить?
Ринка никогда не пробовала наркотиков, но сейчас ей вдруг захотелось затянуться и уйти в нирвану! Просто чтобы не думать о чудовище чешуйчатом, от которого она только что сбежала. И была совершенно не уверена, что хочет возвращаться.
На кладбище было тепло, солнечно и тихо. Ринка неторопливо шла по утоптанной дорожке между надгробий, наслаждаясь тишиной и свободой. Глазела по сторонам. Как же ей этого не хватало! Хоть немного побыть одной. Подумать. Ей даже дышать стало легче, будто с плеч сняли груз. Можно было расслабиться, побыть самой собой.
Итак, что мы имеем?
Рабское положение, мужа тирана и бабника, сотрудничество с госбезопасностью на правах лабораторной мышки, свекровь-ведьму и интригана короля, который преследует свои цели. Это пассив.
