Ну а тут тачка! Старенькая семерка синего цвета в самом лучшем состоянии, какое только можно представить на деревенской базе при почти ежедневной работе по хозяйским нуждам.
Новый владелец распоряжается аппаратом еще бережнее. Поездки – только по особенным делам. Приятелям, просящим порулить, сразу отказ. Пьяных и с папиросою – на пушечный выстрел. Девицам только трудно отказать… Хотя зачем тебе авто, если ты их не катаешь? Видимо, не к чему…
И в плане обслуги – с любовью и вниманием. Масло всегда лучшее. В нужное время замена. Бензик приличной марки. Все резиночки, железячки, пластиковые штучки поменяны. Салон чистый. Торпедо без единой пылинки.
****
Орсед примчался на своем древнем ижаке и так резко попытался развернуться перед двором Албая, что не удержал моцик да полетел на грунтовку, подняв густые клубы пыли.
Хозяин, увидевший всю произошедшую акробатику, сощурил глаза усмешливо, но лицом остался спокоен.
– Дарова, браатан! – пыльный друг протянул неотряхнутую лапу.
– Дарова.
– Там… Это… – от избытка чувств слова покинули мотоциклиста на некоторое время.
– Где «там»? Что «это»? – пастух в принципе отличался флегматичным характером, но на фоне взволнованного приятеля казался просто гранитной скалой.
– Свадьба у Мархановых!
– Знаю. Мы в одной деревне живем! – сказал теперь с легкой усмешкой.
– У, дурак! К ним гости приехали!
– На свадьбу всегда гости приезжают. Ты сам дурак-на!
– Да не о том я! Там девки из Усть-Бы!!! От!
– Теперь понимаю. Мне-то что до того?
– Не знай. Поедем на тачке… Туды…
Автолюбитель быстро смекнул выгоду самопрезентации перед столичными барышнями на блестящей семерке. Ход, конечно, понятный, и мысль хорошая. Каков братан догада!
Искусно имитируя задумчивость, Албай повернулся и пошел к воротам. Отворил створку. Вошел во двор. Оставил ее открытой. Пошел вглубь, бормоча под нос.
Орсед остался снаружи – переминаться от избытка эмоций и нетерпения с ноги на ногу.
Потом сообразил пойти за хозяином внутрь.
– Поедем, – сказал владелец шикарного транспорта, не оборачиваясь, когда товарищ чуть было не воткнулся ему в спину носом. – Толька ты омоесся да переоденисся!!!
****
Забавно выглядел пассажир, подъехавший к короткой веренице украшенных по-свадебному автомобилей. Пиджак на размер больше, острый ворот так же слишком свободной бежевой рубахи и бесформенная матерчатая кепка.
Водитель выглядел похоже, но одежда была, как казалось, по размеру.
Тачку аккуратно припарковали и вышли наружу.
Отдельно от толпы, поздравляющей молодоженов, хотя и довольно близко к ней, стояла группка местной молодежи. Среди них были заметны пара-тройка приезжих. Они были просто одеты иначе и бросались в глаза.
Кто-то из толпы приметил приехавших и начал махать им руками. Вскоре все парни и девушки переключили внимание на крутых ребят рядом с машиной. Они в свою очередь еще постояли в нерешительности и отправились в направлении их зовущих земляков.
****
Она была как с другой планеты.
Распущенные светлые волосы соломенного оттенка, сквозь которые пробивались лучи яркого солнца и только усиливали эффект. Хрупкая, с ослепительно белой кожей. Ему всего лишь до плеча ростом. Светлые глаза и неописуемой изящности лицо.
Она подошла с лучезарной улыбкой и, протянув ему руку, неземным голосом сказала:
– Привет! Меня Аня зовут. А как вас?
Молодой пастух опешил. На несколько мгновений он потерял дар речи.
И обрел его от тычка приятеля в спину:
– Я Албай. А это мой друг Орсед.
– Как замечательно. А вы родственник жениха или невесты?
Парни переглянулись.
– Я просто меснай. А вот он… – и ткнул в неловкого мотоциклиста пальцем.
– Да, – отозвался в свою очередь он. – Я в братовьях двоюродных с женихом.
Анна искристо засмеялась.
– Как вы интересно говорите! Всегда так?
– Наверное, – ответил смущенный Албай.
Она так легко, открыто, наивно и совершенно без какой-либо насмешки поинтересовалась, что это было скорее приятно или забавно, чем обидно. При мысли об этом парень слегка смутился, но вида не подал.
Еще долго они непринужденно болтали. Она делилась какими-то впечатлениями с дороги, от их деревни и своей жизни в столице республики. Албай слушал с открытым ртом и время от времени добавлял слово-другое от себя. В основном, разумеется, слушал.
Весь остаток дня и весь вечер он по пятам следовал за ней, позабыв обо всем на свете. И уже в сумерках, когда проводил девушку до ворот у дома, приютившего гостей на время торжеств, он ушел к себе домой пешком. Даже не вспомнив о машине.
Наутро Орсед стучал в створку ворот своего друга.
Заспанный хозяин выглянул в окошко. Задумчиво посмотрел на раннего визитера и вышел наружу.
– Ты чего?
– Это ты чего? Ушел вчера с этой. И на машине не покатал.
Автовладелец внезапно вспомнил об оставленной вчера у чужого двора тачке и метнулся было за ней, но сразу вспомнил о ключах. Вернулся. Взял. И бегом помчался за своей ласточкой.
Друг остался стоять в недоумении у открытых ворот.
****
Три недели – это целая жизнь для одних и короткий миг для других.
