– Но «Империум» Фертона не в одном экземпляре, и я сама видела, как его выдавали две недели назад, – расстроенно возразила Яра.
– Благодаря таким, как вы, девушка, скоро экземпляров может совсем не остаться. Вся тяжесть ответственности за будущее магии ложится на мои исполинские плечи. – С самым ярым и справедливым негодованием он поставил подпись, а потом снова посмотрел на нее, протягивая контрольный листок с надписью: «Читальный зал». – К сожалению, у некоторых сотрудников библиотеки иные представления о ценности книг, и они раздают их всем налево и направо.
Яра взяла у него лист и прошла в зал, размышляя о том, худшая ли из всего многообразия личностей, живущих в библиотекаре, встречала ее сегодня. Поднимаясь по лестнице, она написала Максу, что обед отменяется и ей придется до вечерних занятий сидеть в читальном зале в поисках ответов на полное отсутствие у себя магических способностей. Именно Макс посоветовал ей посмотреть китайских авторов: «Либо их идеи помогут тебе разобраться, либо об этой чуши ты больше не захочешь вспоминать». А «Империум» Фертона должен был хоть немного отвлечь ее от «китайской грамоты». Особенно после того как три дня назад она на себе смогла испытать его действие в Чертоге Ночи.
Убирая телефон в задний карман, Яра почувствовала, как он завибрировал, и снова достала его. На экране появилось два оповещения от Сюзи:
«У нас ЧП. Брат Ромы, который егерь в отделе расследований, сегодня принял заявление о пропаже Влада. Его уже три дня не могут найти ни родители, ни друзья. Один его приятель говорит, что он вечером оставил у него ноут, потому что куда-то собирался, и обещал забрать утром, но так и не пришел».
«Что говорим, если спросят, виделись ли мы той ночью?»
Задумавшись, Яра отошла от прохода наверху лестницы и с едким чувством вины начала печатать:
«После занятий я пришла домой. У меня свидетель».
«Повезло… Не прикроете и меня? Боюсь, если следаки дойдут до моих родаков, то выяснят, что и меня не было дома той же ночью».
«А Рома?»
В ответ от Сюзи пришло:
«Он живет один».
И тут Яра осознала, что ее свидетелю не поверил бы даже трехлетний ребенок.
«Прости. Я уже сказала Максу, что мы были вдвоем».
«Блин… Ладно, придумаю что-нибудь, – написала она и следом сразу: – И он не открутил ему башку?)))»
Яра улыбнулась и ответила:
«Попроси Рому прикрыть тебя».
«Точно!»
Исчезновение Влада выбило ее из колеи. Ни с Сюзи, ни с Ромой они так и не виделись из-за перерыва между занятиями, и она все три дня проматывала в голове события той ночи, раздумывая, куда он мог деться. Скорее всего, Влад прыгнул к выходу из Чертога, как только почувствовал неладное, но что могло помешать ему подняться? Стихия показалась в городе гораздо позже…
В читальном зале было тихо, а шуршание страниц действовало успокаивающе. Яра села за один из свободных столов. Открыв первую книгу, она перевернула несколько страниц и погрузилась в чтение. На занятиях именно визуализация силы играла главную роль. Прежде чем сделать что-то, преподаватели настаивали на создании образа в голове и перенесении его в действительность. Именно так, по мнению многих, можно было эффективно извлекать энергию. Эта теория извлечения преобладала во всей учебной литературе. Чао же не упоминал никаких визуальных образов. Тяжелый язык его работы часто заставлял перечитывать страницы не по одному разу, но в конце концов его идея приобрела форму. Он не предлагал отделять силу от ее носителя и переносить ее в окружающее пространство так, как будто это нечто, чем нужно управлять особым образом. Он писал, что сила находится там, где она нужна, и если заставить себя думать так, то результат действий будет поражать своей скоростью.
Классическая же теория магической практики в его представлении была хороша только для введения в основы, но учебу на ее основе он считал пустой тратой времени. Также он писал о неповторимом энергетическом поле каждого мага, которое неизменно окружает его, и приводил в пример множество биологических процессов, протекающих в головном мозге. В приложении Яра нашла несколько заинтересовавших ее наименований книг по биологии, но она только тяжело вздохнула, вспомнив, что дорога в тот зал ей теперь закрыта.
Обдумывая эфемерность науки, которую нельзя было разложить на части и заставить работать, заново собрав в правильном порядке, она без особых надежд попыталась вернуть на место стул, который кто-то оставил в проходе. Он не поддавался. Взгляд невольно упал на черную книгу с серебряным обрезом. Светло-серые страницы «Империума» Говарда Фертона быстро увлекли внимание витиеватым потоком предложений, и время начало играть с ней в прятки. Яра дважды посмотрела на часы, пытаясь понять, как все-таки оно ее обманывает и почему только за чтением.
– Контролю нельзя научиться без практики, – в мысли проник голос Рейна. – Советую найти кого-нибудь, кто не против постоянно приподнятого настроения.
Он стоял рядом: лохматый, в джинсах и футболке с закатанными рукавами, со спортивной сумкой, висящей на плече, а в левой руке держал контрольный листок.
