— Анфиса, уходим. — голос Синоптика привел меня в чувства. Мы отступали по всем правилам боевика, я лицм к двери, Поргодский, прикрывающий мой тыл спиной ко мне, целясь в обитателей комнаты из пистолета Аллесгута.
— Ты мне все расскажешь, — прошипела я. — Гад, я из — за тебя туфлей лишилась дорогих. Пришлось сбросить, в них бегать не удобно.
— Я тебе лучше куплю, — пообещал этот подонок. — А сейчас в туалет.
— Зачем это. Я не люблю антисанитарию. И вообще, не одобряю секс- как способ сбрасывать напряжение. Тем более, когда нам в спину дышит смерть.
— Ты полная тупица, — прорычал мой джентльмен. — вылезешь в окно и ходу. Жди меня в машине, заведи ее и не делай глупостей. И гранату прибери в сумку, она меня нервирует, куколка, у меня тут еще есть незаконченное дельце.
— Ты совсем рехнулся, — больше не сдерживаясь заорала я, когда этот мерзавец втолкнул меня в небольшой санузел и не говоря не слова захлопнув, перед моим лицом дверь ломанулся по коридору, словно убегая от всех чертей ада.
Окно оказалось круглой амбразурой, я оценила высоту и поняла, что нахожусь на уровне второго этажа.
"кучерявка" — удачливая девушка в данном случае
"Лакши" — игральные карты на сленге катал
"майдан" — сукно для игры в карты (феня)
"мебель" — сообщник шулера (феня)
"метать, шпилить" — играть в карты, катать (феня)
"Понт — томта" — лох, жертва каталы (жаргон)
Вы когда нибудь пытались протолкнуться в дыру размером с мышиную нору, и при этом не застрять? Нет, конечно, каждый, ну или почти каждый, из нас переживает это мероприятие в самом начале жизни. Чудо рождения и все такое. Мудрая природа, или бог, или еще какой либо высший разум предусмотрительно сделали так, что сначала на свет появляется голова, а уж потом она тащит за собой весь остальной ливер. Если иначе — это уже патология, требующая вмешательства врачей.
Головой вперед со второго этажа лезть я побоялась — она мое самое слабое место. Потому, протолкнула в круглый туалетный иллюминатор сначала ноги, потом мою тощую, отвечающую за приключения «мадам сижу». Порадовалась, что все так гладко проходит, выставила вперед руки, сложив их «рыбкой» и приготовилась красииво приземлиться на ноги, постаравшись не переломать их к чертовой бабушке.
Что то пошло не так. Легкое скольжение, которым я так возгордилась в начале своих изысканий, замедлилось на уровне моих невыдающихся персей, вот уж странность. Там тормозить то нечем, если честно. Я дернулась вперед, но увы тщетно. Уперлась подмышками в иллюминаторную раму, всхлипнула и завертелась ужом, чувствуя, как под подол платья задувает легкий уличный ветерок. Почувствовала себя пробкой застрявшей в бутылке, попыталась влезть обратно в сортир размахивая руками, словно крыльями и снова потерпела сокрушительное фиаско.
— Надо было просто всех вырубить клофелином и ограбить, — пропыхтела я, понимая, что застреваю только еще хуже, крутясь в узкой амбразуре. И почему мне хорошие идеи всегда приходят в голову когда уже капец наступает? Собрав последние силы, я втянула воздух, поджала живот и завертела задницей. Плечи захрустели, когда мне удалось упереться коленкамив наружную стену. Вспомнился фильм, в котором альпинист отрезал себе руку, чтобы выбраться из ловушки. Стало страшно, мне то не руку придется рубить, а тупую башку, которой я не соизволила подумать, прежде чем играть в Винни Пуха. И Синоптика убьют, если я не успею встретить его в раскочегареном «Астон Мартине». Обидно вот так сдохнуть в расцвете лет, застряв в окне вонючего общественного туалета. Хороша же я буду, если меня найдут бандосы через пару дней, задохнувшуюся, с вывалившимся из увеличенных гримом губешек, синим языком.
— Эта сучка не могла далеко уйти, — донесся с улицы мерзкий голос Аллесгута. Да епрст, не мог что ли другого места найти? Я замерла, боясь пошевелиться, и стараясь не представлять, как смотрюсь с улицы, торча жопой из окна. Господи, только бы ему не хватило догадливости поднять свою омерзительную морду к небу. — Я ее урою. Разорву, овцу.
— Угомонись, — ну конечно, Слон. Как без него то? — Девка мне нужна живой.
— ты что, не слышал, что сказал Шмыга? — хмыкнул блондинчик. — Ясно же выразился — в расход.
Ну, ничего себе. Чем это, интересно я своему бывшему так насолила, что он отдал приказ меня прикопать. Сволочь. Ну ничего, вот выберусь и устрою ему гвадалахару. Если выберусь, конечно.
— Да клал я из под хвоста на приказы этого додика, — хихикнул Слон. Я его зауважала даже. — Бабу не трогай, я хочу с ней поразвлечься. Занятная малышка. А со Шмыгой сам разберусь. Тоже мне дон Карлеоне, местного пошиба.
— С Синоптиком что делать? — Аллесгут, похоже, аж дрожал от желания кому нибудь выпустить кишки. Ну, так мне показалось.
Вот ответа я не дождалась. Мои поползновения все же увенчались успехом. Я вдруг почувствовала, что лечу. И поняла, что сгрупироваться не успеваю. Завизжала, растопырившись, словно белка летяга, ожидая удара.
Что произошло, я не поняла, потому что спсобность мыслить отрубилась в моем мозгу напрочь. Будто тумблером кто щелкнул.
