Сильные руки, выудили меня из дурацкой машины, словно репку. Штанина грустно повисла на рычаге, предательски оторвавшись от спортивных брючек. И сейчас я стала похожа на лихого пирата, по случайности, вместо сапог, нацепившего домашние тапки.
– Дура, – констатировал чертов ангел, с интересом меня рассматривая.
– Зато красивая, – огрызнулась я, втискиваясь на водительское сиденье. Синоптик, сложившись в три погибели и подтянув к ушам коленки, разместился рядом. Я попыталась вспомнить, чему меня восемь лет назад учил инструктор в автошколе. Нажала сцепление, потом газ. Медленно отпустила акселератор. «Запорожец» дернулся, пукнул и замер на месте. Синоптик промолчал, но судя по тому, как у него раздулись ноздри. Мне было ясно – сейчас он начнет убивать. И судя по всему – начнет с меня, и смерть моя легкой не будет. Я повторила свои манипуляции. Получилось с пятого раза. За все это время мой новый приятель не проронил ни слова, тревожно вглядываясь в оконную даль. Расслабился, только когда ведро с колесами, бодро затрусило по асфальтированной дороге.
– Едем в сторону двадцатки, – прошептал Синоптик и прикрыл глаза.
– А меня Анфиса зовут, – жизнерадостно представилась я, прокручивая тугой руль. Инженеры, создавшие монстрообразную машинку, про гидроусилитель руля точно не слышали. – Эй, это не вежливо. Я представилась, между прочим. Может и себя назовешь. А то мы с тобой почти родственники. Столько всего пережили. А я не знаю твоего имени.
– Синоптик. – поморщился Ангелок.
– Что вы за народ бандиты? Ни имени у вас, ни отчества. Одни кликухи поганые, – голосом Жеглова проворчала я, входя в поворот и при этом безбожно режа угол. С улицы послышался такой отборный мат. Что даже бесстрастный Синоптик приоткрыл глаза, явно намереваясь увидеть виртуоза.
– Слушай, да заткни ты пасть наконец! – прорычал мой раненый.
– Скажешь. Как тебя зовут. Слова не скажу. Зуб даю, – чиркнула я пальцем по керамическому премоляру.
– Меня зовут Антон, – после долгой паузы произнес бандит. – Антон Погодский. Ты удовлетворена?
– Антон. Созвучно с….
– Еще одно слово. Только одно, и я тебя шлепну, клянусь, – взревел Погодский.
– Я хотела сказать барон. – обиженно надула я губку. – Так ты поэтому Синоптик? Погодский. Красивая фамилия. Слушай, а давай…
– Ты обещала, что заткнешься, если я представлюсь. Я выполнил твое условие. Теперь умри хоть на время, дай подумать.
– Да, просто я когда пугаюсь, ну страшно мне, очень много говорю. Ну такая у меня защитная функция. Понимаешь? – зачастила я. Колымага трясясь, как в лихорадке, бодро бежала по неровному загородному шоссе, на которое мы выехали минут десять назад. – А мне сейчас страшно. Вот я и…
– Хорошо. Что предупредила, – ехидно ухмыльнулся Антон, и мне показалось, что его потряхивает. Да точно показалось. Он же вон здоровый какой. Крови потерял ведро, а жив еще и даже может злиться. – Я постараюсь тебя больше не пугать. Это сбережет мне кучу собственных нервов. Сейчас у меня одно желание, вырубить тебя на хрен. Но машину тогда будет некому вести. По этому я тебя прошу, умоляю, завали свое…. чертова овца.
– Я овца, а ты лошара, – не в силах справиться с собой, пробухтела я. – Не мог до соседнего балкона потерпеть. Там хоть качок – спортсмен живет. Нет, ты решил мне жизнь испортить. И теперь еще ти обзываешься.
– Все, мило побеседовали, – сказал Синоптик и показал на узкий съезд в разрыве между деревьями, ведущий в лесную чащу. – сворачивай.
– Эй, ты что задумал? Предупреждаю, я буду сопротивляться.
– Господи, милый боженька. За что? – простонал ангелок и протянул руку к рулю. Я не успела среагировать, удержать машину на трассе. И откуда столько сил в этом дятле? Он просто дернул на себя баранку, «Запорожец резко вильнул в сторону, прямо под колеса огромной фуре. Раздался рев автомобильного клаксона. Мое сердце затрепыхалось где – то в пятке. Колеса, почувствовав под собой вязкую глину узкоколейки. Заскользили. Я хотела орать, сидела с открытым ртом, но звук не шел. Погодский довольно улыбался. Он таки нашел кнопку выключения звука.
Треск. Удар. Меня откинуло назад. Вместе с сиденьем. Я открыла глаза и уставилась на расщепленный ствол дерева. Погодского рядом не было. Огляделась. Он лежал на небольшой поляне и и смотрел в небо.
– Не стал тебя беспокоить. Идти нам далеко. Решил дать тебе время отдохнуть.
– Отдохнуть? – взревела я, чувствуя желание наброситься на козла и растерзать его. – Я была в нокауте. Слова не могла сказать. Я….Я…Я…
– Да, ты права. Я дал отдохнуть себе. Пошли.
– Тут недалеко. Километров десять по лесу, – прохрипел Антон. Я посмотрела в его глаза и поняла сразу – не дойдет. – Давай только машину замаскируем. Давай, куколка.
