– Пушку возьми. Спрячь. Под стол скотчем… – лихорадочно зашептал он. Нашёл кому отстреливаться предложить. Я с полуметра в слона промажу. На уроках военной подготовки не могла курок взвести на “воздушке”. А он думает, я как Рембо выдерну волыну из-под стола и с двух рук положу полк бандитов? Наивняк. Нервно хихикнув, я все же перевернула чокнутого на импровизированную “волокушу”. Теперь осталось понять, как сдвинуть с места эту тушу.
– Эй, Фиска, у тебя там все нормально? – проорала Клавдия – соседка снизу, явно заинтересовавшаяся моими передвижениями. Шумоизоляция в доме “ни в красну армию”
– Лучше всех, – пропыхтела я, дернув на себя клеенку. – Пью я, теть Клав. Бабушку поминают, царствие небесное.
– Шампанское что ли хлыщешь? – вкрадчиво поинтересовалась первая сплетница подъезда. – Мола бы и меня позвать.
– Нет, – испуганно проорала я. Только этой овцы тут мне не хватало. – Я хочу побыть одна.
– Совсем девка с глузду съехала. Ох, горе, молодая ведь еще, – пробурчала Клавдия и заткнулась. Видно решила, что я не достойна внимания.
Я поборола желание перекреститься и продолжила изыскания. Клеенка, достаточно легко заскользила по полу. Да и новый знакомец начал подавать признаки жизни, что обнадеживало. Доперев его до бабушкиной спальни, в которую я не входила с момента её смерти, я толкнула дверь. В комнате все осталось, как при жизни бабулечки, словно она просто вышла в магазин и вот сейчас вернётся. Смахнув набежавшую слезу, я дотащила “умирающего лебедя” до огромной кровати. Ну да, уж не знаю откуда моя гранд ма взяла это царское ложе, оно всегда тут стояло, сколько я себя помню. Купить матрас на этого монстра никогда не удавалось. Приходилось делать на заказ. Но расставаться с кроватным уродцем, бабушка категорически не желала. Говорила “умру на этой кровати” и содержала свое обещание. А теперь вот и мне пригодилась мебелишка. Может и меня найдут на этой “каракатице” с простреленной башкой. Всхлипнув, я принялась запихивать чертова придурка под кровать. Он стонал, скрипел зубами, втискиваясь под низкую рамку.
– Если выживем, напомни мне разрубить к чертям эту адскую “дыбу”– прохрипел мужик.
– Если выживем, напомни мне дать тебе по шее, – пробухтела я. – Отдыхай.
Обустроив постояльца, пошла в чулан за шваброй и ведром, матерясь на все лады. На хрен мне сдался такой ангел?
Домыть пол я не успела, хотя махала тряпкой очень усердно. Правда, все мысли мои вертелись только вокруг, свалившегося на мою шальную головушку, парня. И почему именно мне так везёт в жизни, которую и без того трудно назвать устоявшейся? Шум, раздавшийся из прихожей, заставил меня прервать увлекательное жаление себя. Пнув тряпку под кухонный шкафчик, я ломанулась на звук. Что там этот полудурок ещё придумал?
Зря я грешила на несчастного калеку. Дверь из тонкой филенки содрогнулась, а потом и вовсе упала к моим ногам, обутым в дурацкие Шмойловские тапки, кучей жалких щепок. Я только успела промычать, что – то нечленораздельное и выпучить глаза, сделавшись похожей на рака-отшельника.
– Хреновая у тебя дверь, – хмыкнул противный коротышка блондинчик, на которого я собственно и уставилась. Невысокий, жилистый, он даже мог бы показаться привлекательным, если бы не дерганое, но все равно какое – то не живое лицо. Словно маска на него надета. И льдистые глаза, похожие на две дырки. Тоже шарма не добавляли. За спиной «противного», маячил, похожий на шкаф амбал, с личиной «Джека потрошителя», но явно было видно, кто тут главный.
– Согласна, – вякнула я, – говорила бабушке, что давно пора на металлическую раскошелиться. Ну, проходите, раз пришли. Пирог сейчас подогреем. Хороший пирог, вкусный. Робин Гуд.
– Почему Робин Гуд? – озадаченно спросил коротышка, явно пытаясь осознать, что происходит.
– Потому что с луком и яйцами, – хмыкнула я, – поминки же. Положено пироги есть и кагором запивать. Только вот странно вы в гости как – то ходите. Как я без двери то жить буду?
– Ну, это ты далеко заглядываешь. Насчет жить – то, – хмыкнул коротыш.
– Так, а чего мне? Я молодая, красивая. Пропыхчу лет сто еще. Это у тебя вон глаз дергается. Работа нервная поди?
– Где он? – наконец взяв себя в руки взревел блондинистый мерзавец, явно борясь с желанием меня порешить прямо на месте.
– Разбила. Случайно. Штопор пыталась вкрутить, а бутылка из рук выпала. Да вы не расстраивайтесь так. Ну подумаешь, Кагор. Да и сладкий он чересчур. Водочка то осталась. Для помина, самое оно.
Я фонтанировала идиотизмом, но в душе у меня царил ад. И зачем я довожу этого «красавчика» с глазами убийцы? Ведь ещё немного и судя по его роже, они точно справят поминки. Только по мне, моим же пирогом.
Оккупанты отодвинули меня и проникли в квартиру. Кстати, очень аккуратно так, я даже об стену не сильно ударилась плечом. «Шкаф» планомерно открывал все двери, принюхиваясь, словно гончая.
