Если такова правда, то у Корниенко отличное алиби, а мы ловим пустоту растопыренными пальцами.
— Когда должен вернуться?
— Обещал к концу недели.
— Сегодня четверг!
— Учитываем.
Ага, за квартирой, значит, смотрят. Наверняка перекрыли и другие места возможного появления подозреваемого.
Шофер резко затормозил у парадного горпрокуратуры. На меня он по-прежнему не смотрел.
Вернулся Сысоев мрачнее тучи и в сердцах обложил длинным витиеватым ругательством прокурора, проявив при этом хорошее знание его родственников до третьего колена. Тирада завершилась коротким «Отказал!».
Оперативники нахохлились, как голодные воробьи на подоконнике.
— Почему? — спросил один из пернатых.
— По кочану! Посчитал аргументы слабыми для нарушения, понимаешь ли, гражданских прав. Ну как тут работать?!
Вопрос повис в воздухе.
— Выйдем! — предложил я.
Майор помедлил, но все-таки выбрался следом под дождь.
Прокурора, конечно, можно понять — доказательств-то против бывшего «гаишника» практически нет. Но и затея сыщиков ясна: поискать улики на квартире, чтобы убедиться в правильности версии. Ждать возвращения Корниенко — риск. Вдруг тот вообще не вернется? А время уйдет…
— Давай я!
— Чего? — не понял сразу Сысоев.
— Того!
Он запрокинул голову, подставляя лицо холодным каплям.
— Представляешь, если узнают?
— Не узнают.
Майор молчал, взвешивая все «за» и «против».
— Есть другие варианты? — поторопил я, когда куртка на спине начала промокать насквозь.
— Какая нужна помощь?
Не знаю, что наплел Сысоев начальству, но около девятиэтажки, в которой проживал Корниенко, мой опытный взгляд не заметил присутствия ребят из службы наблюдения. Глупо, согласитесь, соваться, если тебя обязательно засекут и тайное станет явным.
На восьмой этаж я забрался на лифте без попутчиков. Прислушался, затем изучил дверь. Два замка — стандартные. Даже при скромном опыте вора-домушника я затратил на них от силы пять минут, благодаря выданным майором отмычкам.
Заперся и осмотрелся.
Обыкновенная однокомнатная квартира с просторной кухней и раздельным санузлом. Культу аккуратности здесь не поклонялись: там и сям разбросанные предметы одежды, в раковине — гора грязной посуды, из туалета — скверный запах. Тем лучше — меньше шансов наследить.
Естественный свет с улицы позволял обойтись без фонарика.
Милицейская рубашка с «гаишным» жетоном на груди и форменные брюки лежали в спортивной сумке прямо в коридоре, а фуражка демонстративно висела на вешалке. Изучение одежды выявило следы грязи на штанинах и водительское удостоверение Корниенко в нагрудном кармане.
Техпаспорт на третью модель «Жигулей» валялся на телевизоре. Интересно, где гараж?
Ответ хранил импровизированный домашний архив в коробке из-под конфет, стоящей в баре: среди справок, счетов и квитанций отыскалась купчая на гараж в кооперативе «Руль».
Дальнейший беглый осмотр квартиры не принес ничего интересного. Обидно!
Следующие полтора часа протекли за детальным прочесыванием комнаты, но в нашем матче на табло под надписью «гости» осталась гореть единица, а «хозяева» имели фору по меньшей мере в пять мячей.
То ли фортуна повернулась лицом, то ли создатель незримо протянул указующий перст — только я поплелся в ванную смыть с лица трудовой пот, а когда озирался, ища полотенце, заметил… нитку на перекладинке вентиляционной решетки. Всего-то один беленький нахлест!
Второпях едва не сорвался с бортика ванны и не сломал шею.
Замазка вдоль кромок решетки осыпалась, и пластмассовый прямоугольник легко поддался: нитка уходила вниз в вытяжную шахту.
Словно рыбак, осторожно подтягивающий рыбку к лодке, я извлек полуметровую колбасину в черном полиэтилене. Вскрытие состоялось с предельными предосторожностями на столе в кухне.
Никогда раньше не видел живьем такой кучи денег! При самом скромном подсчете здесь лежала моя пожизненная зарплата и приличный пенсион детям. Но никто не знает, сколько кому отмерено, а наследники, если не ошибаюсь, еще не родились…
Сверток вернулся в тайник, хотя, не кривя душой, вздыхал я оч-чень горестно.
Лучшее средство от тоски — тяжелая работа. Понимание этого воодушевило на новые исследования квартиры.
Ура! Полупустой холодильник подарил третью находку в виде промасленной ветоши с полной обоймой к пистолету ПМ! Отпали последние сомнения…
Внезапно зазвонил телефон. Брать трубку или нет?
Пока я раздумывал, звонки прекратились, но спустя минуту возобновились с прежней настойчивостью. Потом последовали третья серия и четвертая.
Так нахально мог домогаться только тот, кто был уверен, что хозяин находится дома. Например, Сысоев, который страховал меня лично.
— Чего застрял? — нервно прошипел майор.
— Мылся, брился, смотрел телевизор…
— Нашел?
— Естественно!
— Что?!
Сыщик выслушал ответ и радостно заурчал, как объевшийся малиной медведь.
— Присылай ребят — жду!
— Но засада…
— Победителей не судят!
Афоризмом разговор и завершился.
Через десять минут в дверь поскреблась кошка. На самом деле пришел первый оперативник. С небольшим интервалом кошки скреблись еще дважды — оперов стало три.
— Все?
— Так точно! — отрапортовал старший.
— Удачи!
