Этот чудак свалился со скамейки после моей фразы про член. Хотя это было совершенно нормально. Понятная реакция на пенис с пирсингом.
– Дисней только что отключился? – Линкольн фыркнул, приподняв бровь. Я покачал головой, когда Уолкер поднялся с пола, все это время он сверлил меня взглядом, а потом откинулся на спинку скамьи.
– Да, – вздохнул я с притворным раздражением. – Определенно, это не поведение, достойное «круга доверия».
Уолкер фыркнул, и я слегка подмигнул ему.
– Ладно, сосредоточься, Ланкастер. Я выйду на арену и забью миллион шайб, чтобы мы победили, а ты сразишься с кучей людей, и сделаешь так, чтобы у Диснея была надлежащая защита… Договорились?
– Почему моя работа звучит намного веселее, чем твоя? – поинтересовался я вслух.
Линкольн снова фыркнул, а затем немного замялся.
– Ты можешь переключиться с видеосвязи? – спросил он.
Я нахмурился и кивнул. Переключившись на обычный звонок, поднес телефон к уху.
– Что случилось?
– Год почти закончился, – в его голосе звучал вопрос, на который было очень легко ответить. Блэйк была полностью согласна, даже если этот переезд означал, что нам иногда придется летать туда и обратно в Лос-Анджелес из-за ее работы.
– Да, так в чем вопрос? – спросил я невинно просто потому, что хотел услышать это от него. Линкольн Дэниелс лююююююююбит Ари Ланкастера.
– Ты… ты все думаешь вернуться домой? – его голос звучал так не по-Дэниелсовски, а это имя обычно ассоциируется с дерзким плохим парнем. Ум-Ари-тель-но.
Хмм, я никогда не замечал, что в этом слове есть мое имя. Мне подходит.
– Ари?
– Прости, о чем ты спрашивал?
– Пошел ты, – прорычал он, наконец-то раскусив мой маленький хитрый план.
Я взглянул на Уолкера, который притворялся, что не подслушивает, хотя все его тело было напряжено. Бедный Дисней, он еще не знал, что я собираюсь сделать все, чтобы он поехал со мной. Учитывая, как хорошо он справлялся в сезоне, и то, что Бендер объявил о своем уходе из «Далласских Рыцарей», его переход будет легко устроить.
– Да, Линк. Твой пупсик все еще планирует вернуться домой.
Последовало долгое молчание, как будто моему приятелю было трудно сдерживать эмоции.
– Пупсик? – наконец сказал он, и голос прозвучал намного счастливее, чем до моего ответа.
– Не нравится? Я еще поищу идеи.
Я странно улыбался в трубку, но это было оправданно. Линкольн Дэниелс – мой лучший друг навечно.
– Заставь их плакать, Ланкастер, и передай мои пожелания удачи Диснею, – добавил Линкольн, когда я услышал, как кто-то на заднем плане зовет его по имени.
– Забей все голы, – ответил я, прежде чем повесить трубку.
– Линкольн, эм… он передал привет? – спросил Уолкер, весь такой милый и простодушный. Его обычная манера поведения.
– Возможно, пожелал удачи.
– Подожди… Он так сказал? Пожелал удачи?
– Я сказал, что он «возможно» пожелал удачи.
– Ари, – законючил Уолкер, при этом он выглядел так жалко, что пришлось дать ему то, что он хотел.
– Хорошо, он
Уолкер подпрыгнул и потанцевал плечами. Я возмущенно усмехнулся.
– Я все время говорю удачи, черт возьми! Чего еще не хватает?
Уолкер застыл, не успев покачать задницей.
– Точно, это абсолютно то же самое.
– Ты специально так говоришь! Я не люблю подлиз, Уолкер Дэвис. Сегодня никаких шлепков по заднице!
Он сделал вид, будто испытывает какую-то вину, но все его гребаное тело сотрясалось от смеха.
Я обвел взглядом комнату. Все остальные наши товарищи по команде были напряжены и мрачны, как будто считали, что проиграют еще до начала игры. Что глупо. Да, у команды были проблемы, но в этом году мы обыграли «Сиэтл»… дважды. Этого вообще не должно было случиться.
Я встал со скамейки.
– Дисней, включи музыку, – приказал я, и Уолкер, не теряя времени, схватил телефон. Несколько секунд спустя из динамиков раздевалки зазвучала песня Shake It Off.
Как обычно, музыка Тейлор Свифт сотворила волшебство. Мои сокомандники, даже самые равнодушные из них, не смогли устоять перед заразительным ритмом.
Уолкер возглавил танец, попытавшись совершить лунную походку, которая напоминала больше походку пьяного человека. Движения Эдди были дикими и непредсказуемыми, как у малыша, объевшегося сахара. Он крутился, вертелся и даже попробовал сделать червяка – на самом деле это было не так уж плохо.
Я позволил себе расслабиться, продемонстрировав «папочкины движения», хотя единственными, кто назовет меня «папочкой», будут нападающие «Сиэтла». Я действительно выложился полностью, даже показывал пистолеты пальцами и танец разбрызгивателя[16].
Последние ноты затихли, и я ухмыльнулся, потому что, как обычно, Shake It Off сделал свое дело. Команда была гораздо более расслабленной.
Речь тренера перед игрой была гребаным шедевром. Он посмотрел нам в лица, напомнив о крови, поте и слезах, которые были пролиты нами ради этого дерьма.
