Я читала о таком типе мужчин в бесчисленном количестве любовных романов, где они были представлены неуловимой мечтой, идеалом альфа-самца, от очарования которых женщины забывают все предостережения и сдаются в их плен. Я всегда думала, что они не существуют, что они просто книжные герои, плоды авторского воображения.
До того момента, как передо мной возник живой пример этой фантазии. И ты точно знаешь – одна ночь с этим незнакомцем будет еще долго всплывать во снах, как и незабываемая первая встреча, которая выбьет весь воздух из легких и навсегда изменит тебя.
«У ТЕБЯ ЕСТЬ ПАРЕНЬ», – закричал голос разума в голове.
И я понимала, но… в тот момент я с трудом вспоминала даже его имя.
Она была подобна вспышке молнии, поразившей меня прямо в гребаное сердце своей красотой. Заставила меня и всех остальных парней – и девушек – в этом зале несколько раз обернуться. Не медля, мне хотелось выколоть им всем глаза вилкой, которая лежала на столе передо мной.
И, честно говоря, я никак не мог заставить этого сумасшедшего ублюдка успокоиться.
Ее золотые кудри беспорядочно рассыпались вокруг лица, будто они были сами по себе, а эти глаза?.. Что ж, давайте просто скажем, что они напоминали две чашки кофе – один взгляд, и ты уже бодр и полон сил для новых свершений.
Она была самой горячей девушкой, которую я когда-либо видел. Каждый сантиметр ее тела притягивал так, что я не смог сопротивляться, даже если бы захотел.
Не то чтобы я пытался устоять. Я не идиот.
Мое влечение к ней было подобно товарному поезду, мощному и беспощадному, а мой член так затвердел, что я боялся случайно порвать штаны.
Это ощущалось так, словно я впервые за долгое время смог по-настоящему вдохнуть полной грудью. С того самого момента, как увидел тот билборд и понял, что это она. Как будто с того самого дня, как она покинула меня в детстве, я сдерживал дыхание.
И сейчас я могу свободно вдохнуть.
Я дернул головой, отгоняя мысли о моменте, когда наконец нашел Блэйк. Похитить ее и увезти с собой на какой-нибудь отдаленный остров в данный момент перестало казаться плохой идеей.
Потому что теперь, когда я нашел ее… Теперь, когда смог наконец дышать… Могу, черт, поспорить на что угодно: больше никогда ее не отпущу.
– Как тебя зовут, солнышко? – спросил я вместо того, чтобы схватить и утащить ее прочь.
Она поморщилась, будто ей было ненавистно это «солнышко». Мне придется поработать над этим чуть позже. Сейчас трудно было думать о чем-то другом, когда я смотрел на нее. Ее присутствие подобно солнцу, наконец выглянувшему после долгого периода гребаных дождей.
Только посмотрите на меня – уже становлюсь поэтичным. Надо будет напомнить Линкольну при следующем разговоре, каким умным и харизматичным я был.
– Меня зовут
Я усмехнулся про себя, потому что