— Весьма вероятно. По крайней мере, мы попытаемся задержать Бамбину. Если повезёт, мы сможем нанять маленького принца и, возможно, Звёздочку.
Я посмотрела на видео, которое Гленн поставил на паузу. Повёрнутая голова, жёлтые линзы…
— Я могу работать над тем, чтобы не походить на ночной кошмар, — сказала я. — Но должен быть способ увеличить мою эффективность. Сколько будут действовать эти ограничения?
— Пока ты не достигнешь совершеннолетия и не войдёшь в Протекторат, — произнёс голос из-за моей спины.
Это был Шевалье, а вместе с ним Отступник, мой «шофёр». Шевалье был облачён в свою броню из золота и серебра, каждый сантиметр которой был богато украшен и походил на произведение искусства. Мне не показалось, что его высказывание имело целью оскорбить меня, но я почувствовала, насколько категоричным оно было.
— Пока мне не стукнет восемнадцать, — сказала я, ощущая внутреннюю пустоту.
Шевалье подошёл ближе.
— Ты убила двух человек. Трёх, если принять во внимание твоё признание под стражей. Двух директоров СКП и одного выдающегося героя. Когда Дракон и Отступник предложили нам взять тебя на борт, мы разошлись во мнениях. Именно Гленн предложил компромисс, на который мы согласились. Так что, это уже компромисс.
Я взглянула на Гленна, и тот пожал плечами.
Гленн?
— На твоих руках кровь. Мы должны знать, что ты способна себя сдерживать, что ты попросту не сорвёшься, как ты сделала это под стражей в Броктон-Бей. Нам всё ещё нужно убедиться, что это не долгоиграющий план со стороны Неформалов, как бы нелепо это ни звучало.
— И ради этого вам нужно два года? Вы думаете, что столько нужно, чтобы досконально изучить меня, прежде чем дать мне реальную ответственность?
— Это одно из многих соображений.
— Это просто смешно. До того, как мне исполнится восемнадцать, мир должен погибнуть. Я даю вам полное разрешение меня использовать. Пошлите меня вместе с Технарями, способными найти карманное измерение Девятки. Я была злодейкой. У меня есть репутация, на которую я могу положиться. Я смогу договориться с людьми, с которыми вы не сможете.
— Я не говорю, что условия нельзя изменить, — сказал Шевалье. — Возможно, через несколько недель или месяцев мы сможем обсудить варианты. Однако сейчас мы найдём тебе команду, устроим тебя. Как только мы будем знать, куда ты попадёшь, мы переведём тебя в другое заведение. Возможно менее строгое или даже внутри штаб-квартиры Стражей, в зависимости от обстоятельств. Что касается остального… у нас будет время всё решить.
Я вздохнула и закрыла глаза.
— Мне жаль, — сказал Шевалье. — Правда. Я был там, в сражении с Ехидной. Я видел Неформалов в бою. Я видел тебя в бою, и должен признать, твоя уловка в финальной части сражения в корне изменила ситуацию. И, несмотря на твой послужной список, я слышал о хороших делах, которые ты сделала. Меня поразило то, что ты сделала перед нападением Птицы-Хрусталь, ты, вероятно, спасла от смерти и увечий по одному человеку на каждого из тех, на кого ты нападала.
— Но, в конце концов, это оказывается неважно.
— Это важно. В гораздо большей степени, чем тебе кажется, но стоит проявить терпение.
— Тебе пришлось столкнуться со множеством вещей всего за полгода, — сказал Отступник. — Считай, что это передышка.
Я стиснула зубы. Бесполезно. Законный путь подвёл меня.
Я не могла с этим мириться.
— Есть ещё кое-что, — сказала я. — Если я не могу помочь напрямую, дайте мне помочь косвенно. Я могу снарядить ваших героев. Большинство.
Гленн и Шевалье обменялись взглядами.
— Мы собирались поднять этот вопрос, — сказал Шевалье. — Мы можем заключить соглашение, такого же плана, как мы заключаем с Технарями. Установить заработную плату и надбавку за каждый произведённый костюм.
— Мне не нужны деньги, — сказала я. — Но раз уж вы предлагаете, может быть поговорим о мастерской?
Я взглянула на Отступника:
— И об оборудовании?
* * *
Пауки передвигались по внутренним коридорам тюрьмы. Это было пространство, где размещались трубы водопровода и отопления двух соседних зданий, и где пол был покрыт металлическими решётками, которые можно было легко поднять или заменить. Почти без освещения, но это меня не беспокоило. Пауки справятся, и это всего лишь будет означать, что у меня есть лишнее время, чтобы спрятать насекомых, если кто-то войдёт и зажжёт свет.
Я думала, что «Шелкопряд» станет героем, идущим по праведному пути. С этим не вышло.
Быть злодейкой с хорошей репутацией просто не получится.
Нет. Значит, компромисс.
Пауки обнаружили крысу. Она попятилась от насекомых, зашипела.
Паук спрыгнул на неё сверху и нанёс первый из серии укусов. Смертельных укусов.
Работая сообща, пауки приступили к пожиранию добычи. Они не были прирождёнными падальщиками, но мясо есть мясо. Пауки получат пищу, необходимую для размножения. Размножение будет означать, что я смогу начать массовое производство шёлка.
После половины дня, проведённого в компании Гленна Чемберса, было настоящим облегчением приступить к чему-то конкретному. Когда время придёт, я смогу доставить все материалы и пауков к грузовому люку Пендрагона, и отвести их в мастерскую.
