Я попыталась заговорить, но голос сорвался. Это огорошило меня, это не совпадало с тем, как я себя чувствовала, не соответствовало той твёрдости, которая, как я считала, у меня есть.
Никто не перебивал меня, никто не воспользовался тишиной, чтобы внести предложение.
Когда я заговорила, я сделала это осторожно, подбирая каждое слово и говоря медленно, чтобы не сбиться снова:
— Как долго?
— Это? — спросил Изолятор. Его голос был тих и мрачен. — С таким количеством людей и с собаками? Четыре минуты. А то и две, учитывая, как тяжело все дышат. Как только у нас кончится воздух, мне придётся разорвать эффект.
Я кивнула.
«Думай, думай».
— Сожалею о твоём друге, — сказал Тектон.
Я помотала головой. Отрицание? Он был важен для меня, но… но что? Может быть, я хотела сосредоточиться на ситуации?
— Не сейчас, — сказала я, и мой голос оказался злее, чем я хотела. — Нужен план.
— План? — спросил Изолятор. — Бежим. И молимся.
— Насколько я слышала, в последний раз Сына поблизости не было, — сказала Рапира. — Некому молиться.
— Не смешно, — сказал Изолятор, — сейчас не лучшее время для шуточек про Бога.
Я снова помотала головой. План. Возможности. У меня была мысль, наполовину созревшая в голове, но я не могла сформулировать и предложить её. Чего-то не доставало.
— Рейчел. Ты хотела отомстить этому уёбку?
— Да, — ответила она. — Левиафан убил моих собак.
— Бегемот убил твоего друга, — добавил Тектон.
— А Левиафан убил моих собак, — сказала Рейчел. — Они оба заплатят.
— Заплатят, — согласилась я. — Что там ещё за сила у Порыва?
— Аэрокинез и телекинез, — ответил Изолятор, — но если он тратит заряд, у него уходят день, а то и несколько, чтобы накопить новый.
Что объясняет, почему он до сих пор не участвовал. Блядь.
— Эйдолон… он выбирает, какую силу получит?
— Он получает ту силу, которая ему необходима, — сказал Изолятор, — он может воспринимать другие, держаться крепче за те силы, которые хочет оставить, но на этом всё.
Я кивнула. Видимо, он был во власти своего пассажира.
Я взглянула вправо.
— Рапира, ты можешь сосредоточить свою силу только на кончике стрелы?
— Да. Но зачем это надо? Потеряется точность.
— Просто мысль, — сказала я.
— У тебя есть план, — сказала Рейчел и в её голосе была нотка самодовольства. Нет, я неверно её поняла. Удовлетворение?
— Ага, возможно, — сказала я и оглядела пространство вне пузыря. Люди двигались со скоростью улиток, их головы были повёрнуты в нашу сторону. В небе висел Эйдолон. — Нам нужно ранить Бегемота, причём максимально сильно, чтобы он отвлёкся. Потом я дам сигнал Фир Се, и будем надеяться, что нас не испарит.
— Объясни, — потребовал Изолятор.
— У каждого из нас будет роль, — сказала я. — Нам жизненно необходимо правильно подгадать время. И ещё много удачи…
* * *
Пузырь разорвался, и мы приступили к действиям. Бегемот практически не сдвинулся с места. Остальные всё ещё бежали. Мы выгадали себе две минуты на раздумья, планирование и обсуждение.
За время своих перемещений по городу я собрала бесчисленное количество насекомых. Когда меня телепортировали от Фир Се, я на некоторое время потеряла контроль над большей частью из них, но они всё ещё были там. Погибла лишь незначительная часть: с самого начала их жизни были отданы на то, чтобы определять границы огня и потоков воды или на защиту людей от рёва.
Большая часть роя оставалась в резерве.
— Голем! — выкрикнула я. — Металлические руки. Размер неважен. Найди способ.
Он взглянул на меня, трусцой удаляясь от Губителя. И всё же ему удалось найти магазинчик с металлической вывеской над дверью. Он воткнул в неё свою руку, и в разных частях улицы стали появляться руки. Огромная из рикши, ещё одна из моторного блока автомобиля, небольшие из решёток, закрывающих окна.
Собралась половина моих насекомых. Другая половина начала грызть электрические провода. Трансформаторы были просто ужас. Спутанные клубки со множеством кабелей.
Каждый из остальных работал над своим заданием, играл свою роль. Рейчел натянула между двумя собаками цепь и возилась с упряжью, чтобы максимально удлинить её. Сплав ещё больше увеличивал её размер, растягивая так, что каждое звено цепи становилось сантиметров в шестьдесят длиной. Цитрин подсвечивала пространство между нами и Бегемотом.
Изолятор вызвал Эйдолона, и бывший член Триумвирата спустился вниз. Изолятор закрылся с ним в пузыре.
Эйдолону нужно время, и ему нужно узнать подробности нашего плана. Изолятор даст ему и то, и другое.
В отдалении Бегемот проламывался сквозь силовые поля, разнося их вдребезги. У нас осталась всего минута, а то и меньше.
Я нетерпеливо ждала, пока остальные занимались цепью.
Эффект Изолятора спал. Они с Эйдолоном переместились на другую сторону улицы, Изолятор перевёл дух, затем снова использовал свою силу на Эйдолоне.
«Давай, давай», — думала я. Всё может пойти насмарку всего после одного удачного залпа Бегемота.
— Янбань! — выкрикнула я, наверняка исказив название. — Силовые поля! Защищайте команды!
