Мы ушли, в комнате остались только Мрак и Сплетница. Втроём мы спустились по лестнице, Рейчел шла справа от меня.
Я оглянулась через плечо на Чертёнка. Её голова была чуть опущена, руки сложены. Её взгляд блуждал по рядам раненых и мёртвых кейпов, разложенных в главном зале.
Мы не принесли тело Регента, оставили его лежать на улице, слишком занятые тем, чтобы остаться в живых. Не об этом ли она думала?
Раздался грохот, всё строение зашаталось. Что-то отдалённое, за пределами досягаемости моей силы. Тяжёлый удар. Где-то к северо-западу.
«Фир Се, — подумала я. — Не его ли это комплекс?»
У входа в храм собирались герои. Последние из последних. Я увидела в углу Стражей Чикаго. Тектон разговаривал с Вантоном, стоящим на костылях. Правая рука Вантона на уровне локтя заканчивалась обрубком, повязка покраснела на конце.
«Не повезло», — подумала я.
Я присоединилась к Тектону и только тогда осознала, что Рейчел всё ещё сопровождает меня. Я предположила, что ей больше некуда податься.
Чертёнку тоже. Я слегка обернулась и заметила, что она несколько отстала от нас, явно глубоко задумавшись.
Я понизила голос:
— Рейчел, можешь оказать мне услугу?
— Мм?
Я привела в порядок свои мысли и озвучила их:
— Мрак и Сплетница слишком ранены, чтобы помочь. Я сосредоточена на других вещах, а Кукла и Рапира присматривают друг за другом. Ты можешь последить за Чертёнком?
Рейчел скорчила гримасу:
— Я думала, ты хочешь, чтобы я что-то сделала.
— Но это важно, — сказала я. — Ей нужно, чтобы кто-нибудь был рядом, прямо сейчас. Это всё.
— Блядь, я не знаю, что мне делать. Что если она…
Рейчел замолкла. Расчувствуется?
— Поддержи её, — вмешался Тектон. Я подавила желание поморщиться, он продолжил, — она же твой товарищ по команде, так?
— Как, блядь, поддерживать кого-то? — спросила она. — Тупо. Это не моё.
— Ты… — начала было я, но Тектон уже начал говорить, глубоким убедительным голосом. Теперь нас слушала ещё и Грация.
— Прояви эмпатию, — сказал он.
Рейчел сердито уставилась на него. Видимо, её это не впечатлило.
— Ладно, здесь есть хитрость, которой я научился на курсах по руководству, — продолжал он со всей серьёзностью. Это называется активное слушание. Кто-то говорит что-то. Жалуется или критикует, или он возбуждён из-за того, что с ним случилось. Большинству из нас инстинкт подсказывает предложить какое-то решение, подкинуть идею, подсказать способ что-то исправить. Но надо просто понять, что человек чувствует, воспринять это, и отразить ему эти чувства. Например, человек купил новую машину, доволен как слон. Тут сработает обычное «круто», «ты, наверное, очень горд». Это даст ему возможность высказаться, он будет знать, что ты будешь слушать. Если речь идёт о твоём товарище, который только что потерял кого-то близкого, нужно признать, что она чувствует, признать её право испытывать горе, этого достаточно.
Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла даже обобщить, почему его совет был совершенно бесполезен для Рейчел.
— Дебильно, — сказала Рейчел Тектону.
— Это работает. Я знаю, Грация сейчас скажет мне что-нибудь о том, что это фальшиво и наигранно, но штука в том, что ты начнёшь это делать, ты делаешь это, потому что это искренне, потому что тебя на самом деле заботят их чувства, или потому что…
— Тектон, — прервала я его.
Он замолчал и повернулся ко мне.
— У нас нет времени заниматься чем-то сложным, — сказала я.
— И всё равно это дебильно, — добавила Рейчел.
Я повернулась к ней:
— Рейчел, у тебя когда-нибудь была собака, глубоко привязанная к другому человеку или собаке? Кому-то кого она потеряла до того, как нашла дорогу в приют или к тебе? Как она справлялась после этого?
Она пожала одним плечом.
— Как бы ты стала обращаться с такой собакой?
— Не знаю, зависит от собаки.
— Ну в основном? Ты просто будешь рядом, правильно? Сделай это для Чертёнка. Будь поблизости, следи, чтобы она не сбежала, насколько это вообще с ней возможно, предоставь ей свою компанию, не нарушая её личного пространства. Проверяй, что у неё есть всё необходимое, как в ближайшем будущем, так и в следующие несколько дней.
— Ладно, — сказала Рейчел, чуть нахмурившись.
— Я знаю, это не самая простая вещь, но она же в нашей команде, так? Это то, что мы делаем для своей команды.
— Ага.
— И точно так же, как собака, с которой недавно случилось что-то плохое, может сорваться и укусить, зарычать или залаять, ты должна понять, что она может сделать что-то подобное. Только это, наверное, будет в другой форме. Она будет сильно материться. Наверняка она попробует тебя подначивать, провоцировать или что-то ещё. Так рычит Чертёнок.
Рейчел не ответила мне на это даже звуком. Она лишь хмурилась.
— Доверься инстинктам, Рейчел. Ты умнее, чем ты думаешь, и твоя интуиция, те решения, которые ты принимаешь на ходу, они правильные. То, как ты развернулась и перерезала его цепью во второй раз, помнишь? Это было правильно, хорошо.
Любой другой на её месте воспринял бы похвалу с улыбкой, но она нахмурилась ещё сильнее.
— Почему это твой совет оказался лучше моего? — немного обиженно спросил Тектон.
