— Нет. Мы ей не позволили. Она сейчас в одном звене с Панацеей, потому что только та может по-настоящему перепроверить, что она делает. И всё же нет. Мрак подтвердил, что ты поправляешься, собирался уходить, она входила. Наткнулись друг на друга. Мне кажется, это стало соломинкой, которая переломила спину верблюда. Он ушёл и ничего не сказал. Заходила Морока, спрашивала не знаем ли мы места, куда им можно отправиться. Я направила их в хижину, которую мы построили в стороне. Генератор, туалеты, книги, кино, изоляция. Абсолютно уверена, что они останутся вдвоём, заботясь друг о друге до самого конца света.
Я глубоко вздохнула, затем выдохнула.
Я не смогла заставить себя завидовать, ревновать или расстраиваться.
— Ладно, — сказала я. — Хорошо.
Сплетница кивнула.
Я подумала об остальных.
— Кукла, Рапира? Они тоже вдвоём?
— Само собой, — сказала Аиша.
— Сказала наша вуайеристка, слишком хорошо знающая, как у них обстоят дела, — заметила Сплетница.
— Это был всего один раз! И это даже не было прикольно, потому что это был мой брат. И я вообще не знаю, как у них дела!
— Леди чересчур сильно возражает, — заметила Сплетница.
— Я возражаю как раз достаточно, и иди нахуй! Будто тебя саму не интересуют неприглядные приватные детали человеческих жизней.
— Неприглядные? Приватные? Так вскоре после явствует? Ты что, начала читать, Аиша Лаборн?
Рейчел пихнула меня локтем:
— Они помогают с патрулями, выискивают, тех кто может устроить неприятности, особенно ублюдков с лицами из драгоценностей.
А, она ответила на мой вопрос о Кукле и Рапире.
— Ублюдки с лицами из драгоценностей? Янбань?
— Они. Так что эти двое неподалёку. Они здесь работают и почти не заходят. У них лучше получается работать с людьми чем у меня, так что они этим и занимаются. Расследованием всякой хрени. А я та, кто тащит сюда всякую шваль.
— Шериф Нового Броктон-Бей, — сказала я несколько громче, чтобы меня было слышно поверх голосов остальных.
— …эти блядские слова из-за тебя. Чтобы прикольно говорить, чтобы звучало по-умному…
— Ты говорила что-то подобное, — ответила Рейчел. — Перед тем, как уйти.
Я кивнула.
— Прости меня, — сказала я. — За то, что ушла.
— Ладно.
Не прощение, но опять же, я вероятно, не заслужила так легко получить его.
— Я вернусь, — сказала я. — Надо идти.
Рейчел кивнула.
Я отправилась в туалет, сделала свои дела, затем намочила волосы и попыталась при помощи ладони придать им подобие порядка. Главное слово «попыталась».
Судя по состоянию волос, прошло не менее двух или даже трех дней. Рейчел, растрепавшая мою причёску, нисколько не облегчила задачу.
Я глубоко вздохнула, затем выдохнула.
Я вернулась к остальным. Сплетница и Чертёнок уже закончили свою перепалку.
Мы расселись в непринуждённом молчании. Это был тот же вид спокойствия, в котором я бывала рядом с Рейчел, но редко испытывала с остальными. Реже всего с Чертёнком.
Не худший вариант для последнего воспоминания.
Тишину нарушила посторонняя.
— Так, значит, и будем коротать время, пока не наступит конец? — спросила Канарейка. — Сдадимся, как и все остальные?
— Чего? — спросила Сплетница и странно посмотрела на Канарейку. — Нет. Хера с два!
— Нет, — сказала Аиша. — Секунду, кто-то ещё так думает? Потому что я скорее собиралась решить, что нам необходимо сделать перед тем, как броситься в последнюю самоубийственную безрассудную атаку.
— Вообще-то, — сказала я. — Нам не нужно ничего самоубийственного и безрассудного. Есть многое другое, что мы можем попробовать. Но тем, не менее. Мне кажется, мы все думаем об одном и том же.
— Отправиться сражаться, — сказала Рейчел.
— Отправиться сражаться, — подтвердила Сплетница.
— Не сдерживаясь, — добавила я. — Точно. Мне нужны мои вещи.
— Отложи в сторону ранец и всё, что осталось от твоего костюма. Я в любой момент могу его достать.
Я кивнула.
— Нам понадобится помощь, — сказала Сплетница.
— Кукла и Рапира? Мы можем взять их в дело?
— Наверное, если сможем подобрать убедительные аргументы.
Я кивнула, размышляя.
— А что на счёт Призрачного Сталкера? Есть идеи, где она?
— Недалеко. Думаешь убедить её?
— Посмотрим, — ответила я.
— В первую очередь, нам нужен план, — сказала Сплетница. — Когда он будет, тогда и сможем завлечь в дело остальных.
— Есть несколько возможностей, — сказала я. — Нужно до многих достучаться, взять людей в дело, поднять боевой дух. Исправить несколько возникших кризисов, разобраться с людьми, которые рушат систему, и заставляют остальных поверить, что надежды нет.
Сплетница взглянула на меня, словно то, что я сказала, навело её на какую-то мысль, затем улыбнулась.
Я не могла не почувствовать, что это была не настоящая улыбка. Маска.
— Ты идёшь, злодейка-Канарейка? — спросила Сплетница.
Я видела, как на лице Канарейки появилась озабоченность.
— Да. Я пойду. Может быть, эээ…, не совсем достучаться, но возможно при помощи моей силы можно кое-что сделать. Без насилия.
— С помощью песен и танцев, — сказала Аиша, затем наклонилась вперёд и взяла руки Канарейки. — Как в мультфильмах. Спой песню и проблема решится!
