— О Корунд, я открою тебе свою душу, прежде чем ты убьешь меня. Воистину, до сих пор, пока мы стояли у стен Эшграр Ого, было для меня очевидно, сколь велико наше превосходство над Демонами; и великолепна была их доблестная защита столь малыми силами против столь многих, и то, как они раз за разом отбрасывали нас назад. Меня всю жизнь настолько очаровывал вид великих воителей, продолжающих сражаться под ударами враждебной судьбы, что, даже будь они моими врагами, не в силах я воздержаться от восхищения ими и едва ли не любви к ним. Но никогда не был я неверен тебе, и даже не думал строить козни тебе на погибель, в чем ты меня столь злобно обвиняешь.
— Ты хнычешь и цепляешься за свою жизнь, словно баба, — сказал Корунд. — Трусливые собаки никогда не вызывали во мне жалости, — он, однако, не двинулся и лишь сердито смотрел на Гро.
Гро вытащил свой меч и придвинул его через стол к Корунду рукоятью вперед.
— Слышать такие слова от тебя еще хуже, чем быть проткнутым мечом, — сказал он. — Посмотри же, как я встречу смерть. Король похвалит тебя, когда ты расскажешь, что произошло. А для Кориния и прочих ненавидевших меня известие о том, что я лишился твоей любви и ты, наконец, избавился от меня, окажется слаще меда.
Но Корунд не шевелился. После паузы он наполнил кубок снова, осушил его и сел. Гро неподвижно сидел перед ним. Наконец, Корунд тяжело поднялся со своего места и оттолкнул меч Гро через стол обратно.
— Лучше ложись спать, — сказал он. — Ночной ветер слишком пронизывающ для твоей лихорадки. Спи нынче ночью на моем ложе.
Занялась холодная и серая заря, и на рассвете Корунд приказал своим солдатам оцепить Эшграр Ого и начать осаду. Десять дней сидел он перед крепостью, и с утра до вечера ничего не происходило, лишь часовые прохаживались по стенам, да Корундовы люди расставляли стражу. На одиннадцатый день из Моруны на запад приползла пелена тумана, промозглого и холодного, сделав все вокруг неясным и призрачным. Пошел снег, а туман все висел над землей, и наступившая ночь была столь черна, что даже при свете факела нельзя было увидеть вытянутую перед собой руку. Туман держался пять дней. На пятую ночь, а это было двадцать четвертого ноября, в третьем часу пополуночи, раздался сигнал тревоги, и с севера прибежал вестовой, сообщивший Корунду, что из Эшграр Ого сделана вылазка. Войска ринулись в этом направлении, и завязалось сражение во мгле. Корунд не успел еще вооружиться и выйти из шатра, когда второй вестовой примчался с юга, принеся новости о жаркой схватке. Все смешалось в темноте, и ничего не было понятно, кроме того, что Демоны выбрались из Эшграр Ого. Через некоторое время, когда Корунд и его люди вступили в битву на севере, от его сына Хеминга пришло известие, что Спитфайр вместе со своими солдатами прорвался на другом участке и ушел на запад, и в погоню за ним в направлении Внешнего Импланда пустился большой отряд. Также они узнали, что более сотни Демонов окружены и прижаты к берегу озера, а крепость захвачена и занята людьми Корунда, но о Юссе и Брандохе Даэй не было никаких вестей, помимо того, что они были не со Спитфайром, а с теми, кто прорывался на север, где Корунд сражался лично. Битва продолжалась всю ночь. Незадолго до рассвета Корунд видел Юсса в разрыве тумана и обменялся с ним ударами копий, а его сын заметил там же Брандоха Даэй и получил от того глубокую рану.
Когда ночь прошла и Витчи вернулись после погони, Корунд дотошно опросил своих офицеров и сам отправился на поле боя, выслушивая рассказы каждого солдата и осматривая убитых. Те Демоны, что были окружены у озера, погибли все до одного; еще нескольких нашли мертвыми в других местах, а кое-кого и живыми. Офицеры хотели приказать умертвить их, но Корунд сказал:
— Поскольку я правлю в Импланде до тех пор, пока король не примет у меня бразды правления, эта горстка мокриц не угрожает моей безопасности, и, пожалуй, я дарую жизнь тем, что так стойко сражались против нас.
И он отпустил их, а затем сказал Гро:
— Пусть бы взамен каждого Демона, убитого при Ого Морвео, против нас вышли десятеро, если бы только были убиты Юсс и Брандох Даэй.
— Я поддержу тебя, если ты объявишь их мертвыми, — сказал Гро. — И вполне вероятно, что, если они отправились в Моруну вдвоем или втроем, то так оно и произойдет еще до того, как мы принесем эту весть в Карсё.
— Тьфу! — воскликнул Корунд. — К черту это вранье. Сделанное нами и без того выглядит внушительно: Импланд покорен, войско Юсса раскрошено на мелкие кусочки, а сам он вместе с Брандохом Даэй подобно беглому рабу изгнан в Моруну. И если их там растерзают дьяволы, то это будет исполнением моих самых заветных желаний. Если же нет, то ты о них еще услышишь, помяни мое слово. Думаешь, если они выживут, то не поднимут шума, который докатится отсюда до Карсё?
