Когда посол папы прибыл [в Чехию], он застал князя Вратислава в городе Праге. Передав князю благословение и отеческое благоволение папы, посол стал выступать с такой важностью и значительностью, как если бы сам был папой. И, наконец, он приказал князю созвать на священный синод всех знатных людей страны, аббатов и настоятелей, а также пригласить моравского епископа Яна. Епископ Гебхард, лично вызванный дважды, прибыть отказался и в ответ, как передают, заявил: «Я не явлюсь, согласно твоему желанию, [на синод], если па нем будут отсутствовать мой учитель, архиепископ майнцский, и многочисленные остальные епископы. Согласно известным церковным законам, я не нанес ущерба достоинству и справедливости папы». Гебхард понимал, что он попадет там в западню и что [его ожидает] расплата и позор. Римский посол, убедившись, что [Гебхард] им пренебрегает и не оказывает ему должного уважения, движимый гневом, отстранил его от должности священника и лишил епископского достоинства. Когда об этом стало известно, то не только каноники, но и все капелланы сорвали с себя облачение и открыли алтари, как на великую пятницу. Чело церкви-матери избороздили глубокие морщины, так как умолкли богослужения священников и все духовенство решило навсегда отказаться от своих званий, если их пастырю не будут возвращены прежний почет и звание. Кардинал, видя, что смятение в народе возрастает, побуждаемый необходимостью, должен был вернуть епископу по крайней мере должность священника, но заявил, что если оба епископа в этом же году не отдадут папе отчет в своих действиях, то он отлучит обоих от церкви[387]. Названные епископы немедленно отправились в Рим и представили папе свои письма; после того, как письма их были прочитаны, дело их и не приняли, и не отвергли, и не обсудили; епископам было приказано отправиться по домам и ждать, пока их вызовут в установленный. день на генеральный синод.
В те же дни прибыла в Рим могущественная госпожа — Матильда[388]. После смерти своего отца, Бонифация, она получила власть над всей Лангобардией и Бургундией[389], а с нею право избирать, возводить [в должность] и изгонять более чем 120 епископов. Весь синклит, кардиналов прислушивался к ее мнению, как своей госпожи, а сам папа Григорий с ее помощью разрешал духовные и светские дела, так как [Матильда] была весьма мудрой советчицей и держала себя доброжелательно [при рассмотрении] всяких противоречивых вопросов и неотложных дел римской церкви. Епископ Гебхард принадлежал, по женской линии, к роду Матильды, находился, таким образом, с ней в свойстве. Когда Матильда узнала со слов самого Гебхарда, что он ее родственник, она стала оказывать ему почет и рекомендовать его папе и проявляла к нему такое большое внимание, как будто он был ее братом. Епископ Гебхард, конечно, потерял бы свое доброе имя и свою честь [вместе] со званием, если бы Матильда не присутствовала в Риме. При ее посредничестве и благодаря настоятельным ее просьбам, обращенным к папе, между епископами был установлен мир на таком условии, что оба будут жить в мире, каждый удовлетворяясь своим епископством; если же этого не будет, тогда через 10 лет оба они должны явиться опять ко двору папы и получить там решение по своему делу. Таким образом, при содействии Матильды епископ Гебхард был восстановлен папой Григорием в своем прежнем звании и достоинстве. [Произошло это] в лето от рождества Христова 1073, когда солнце вступило в 15 часть созвездия Девы. Под влиянием Матильды папа передал также чешским послам письма[390], в которых приказывал и предписывал [чешскому] князю принять своего брата с почетом и слушаться его во всем, как своего отца и пастыря, а им обоим жить в мире, с божьим благословением.
Поскольку нам пришлось упомянуть о Матильде, я расскажу об одном деле, которое этой женщиной было решено по-мужски. Я расскажу об этом кратко, чтобы не надоедать читателю. Так как названная дева, всегда выходившая победительницей из многих войн, после смерти своего отца продолжала вести безбрачную жизнь и одна правила обширным Лангобардским королевством, то князья, графы и епископы сочли нужным убедить ее выйти замуж, опасаясь, чтобы при отсутствии наследника вместе с потомством не угасло бы и королевское величие. Руководствуясь их советом, [Матильда] послала письмо к князю Швабии Вельфу[391], в котором многое было сказано в немногих словах: «Я направляю тебе это письмо не по женскому легкомыслию или безрассудству, а ради благополучия всего моего королевства. Коли ты его примешь, то прими меня и все Лангобардское королевство. Я дам тебе много городов, много крепостей, много славных дворцов и множество золота и серебра; сверх всего
