Перенеся меня домой и вызвав врача, моя умненькая блондинка решила, что теперь просто обязана позаботиться обо всех жителях замка Кость в моё отсутствие. И, как вы уже поняли, восприняла эту заботу чрезвычайно своеобразно, с чисто женской логикой.
Во-первых, она прогнала домой Эда, потому что в замке бывший бог свинячил как свинья. Но и оставлять его с больным мной тоже было чревато, поэтому ей ПРИШЛОСЬ перетащить сюда Метью, который уже третий день исполняет обязанности пажа, слуги, уборщика, мальчика на побегушках в моей квартире.
Кстати, делать мне уколы их брезгливое величество отказался, ибо ему невмоготу видеть голую задницу своего беспомощного господина, а уж тем более причинять мне боль иголкой. Белый принц цвергов согласился не задумываясь, поскольку для него это, наоборот, было развесёлым развлечением. Нет, ну каково?!
А вчера сюда заходил Седрик: видите ли, в замке нет горячей воды, и милая Хельга охотно пригласила старого крестоносца принять у нас душ. В замок он вернулся мало того что чистый, но ещё и в моём почти что новом свитере, зелёном с красными оленями.
Как она умудрялась таскать через фреску и гобелен кого попало, ума не приложу. Да и важно ли это на данный момент? Всё равно завтра-послезавтра меня уволят за грубейшее нарушение всех пунктов устава службы. Лично я бы погнал такого граничара в шею поганой метлой из органов.
— Па-а, папуль, что с тобой?!
Крик дочери привёл меня в чувство, хотя я, кажется, уже сползал по стенке на пол.
— Я тебя породил, я тебя и... — Договорить мне не дал требовательный звонок в дверь.
— Там твой странный Капитан, — шёпотом доложил северный бог, оторвавшись от дверного глазка. — Давай громко скажем ему, что нас нет дома?
— Забирай всех твоих и марш в замок, — сквозь зубы приказал я Хельге. — Ни с кем не воевать, на провокации не поддаваться, ждать меня. Вопросы?
Метью поднял было руку, но тут же словил подзатыльник от Эда плюс пинок под колено от присоединившегося Дисигуаля. Минутой позже я открывал дверь.
Кроме меня в квартире не было никого.
— Добро, — строго кивнул мой начальник, входя в прихожую. — Один дома?
— Как Маколей Калкин.
— Мудёр зело ты, боярин. Вижу, что на ногах держишься. Поговорить бы надо. Уважишь ли стопочкой старика?
Само собой, початая бутылка водки обычно стоит у нас в холодильнике. Я не пью, дядя Эдик пьёт, но не дома, так что для компрессов и гостей на всякий случай есть всегда.
Мы присели на железные табуретки за железным столом на нашей в остальном ничем не примечательной кухне.
— Здрав будь, боярин. — Мой Капитан церемонно опрокинул стопку, привычно занюхав рукавом и отказавшись от предложенной колбасы. — Жалуются на тебя, Ставр Годинович. Бают, что беззаконие полное творишь на вверенном тебе участке. Мало того что дампир местных из Красной Луны к себе на охоту пустил, мало что земли соседа-барона себе присвоил, мало что короля законного из столичного града украл, мало что людишек средневековых к себе на квартиру водишь, так ещё и посланца Комитета избил почём зря?!
— Как я понимаю, последнее самое важное? — осторожно выдохнул я, припоминая, что действительно несколько дней назад вырубил у подъезда громилу, назвавшего меня Белым Волком. — Но он не сказал, что меня вызывают на ковёр. Просто наехал, как отмороженная торпеда в девяностые. Я защищался.
— На то и уповай, — откровенно не веря мне ни на медный грош, кивнул Капитан, демонстративно косясь на пустую стопку.
Я налил не задумываясь.
— По краю ходишь, — вздохнул горько он. — Ну да буде здравы!
Выпив, он с преувеличенной осторожностью поставил стопку на стол, прикрыл глаза и ударился в задумчивое молчание. Прерывать его не хотелось, тем более что оправданий у меня не было. Всё, в чём он меня упрекал, — правда, крыть совершенно нечем, аргументировать или обосновывать тоже.
Я прекрасно отдавал себе отчёт в том, ради чего он сюда пришёл — так называемый Выбор мог состояться в не самое отдалённое время. А ведь единственное, в чём все комиссии и проверки могли быть реально уверены, — первое: Хельга очень сильная; и второе: она меня любит. Но значит ли это, что она отвернётся от материнской родни?
Хм, ну как бы железобетонных гарантий нет ни у меня, ни у неё, ни вообще у кого-либо во всей этой истории.
— Сегодня ты ещё на больничном, но чтоб завтра в час тридцать дня как штык был в управлении, — не размыкая век, медленно протянул Капитан, переходя на нормальную манеру речи. — Само собой, без оружия. Голову не поднимай, не спорь, не возражай, не рви тельняшку на груди, не на баррикадах. Белый Комитет неофициально уже списал тебя со счетов. Так что, если не будешь особо нарываться, позволят уйти по собственному. Твой участок передадут другому. Это не моё решение, но я и не особо противился. За всё время несения службы ты показал такое вольнодумство, такое вопиющее пренебрежение к любому начальственному мнению, что, будь моя воля, ты б пробкой вылетел, ещё когда затеял любовную интрижку с богиней Хель! Ставр, будь человеком, постарайся хотя бы уйти без скандалов.
