Если кто-то думает, что с дорогами беда только в России, то глубоко ошибается. В это время у турок с дорогами было все очень плохо, и они в основном использовали морской транспорт. И получивший карт-бланш на любые действия Черноморский флот начал загонную охоту. После потопления «Гебена» сильных противников у нас тут не было. «Бреслау», как и подводные лодки немцев, охранял проливы, боясь высовываться после потопления еще нескольких кораблей.
И туркам ничего не оставалось, как отдать нам полный контроль над Черным морем. Установив минные заслоны и укрепляя гарнизоны Стамбула, они допустили серьезную ошибку. И час расплаты пробил. Добавив еще несколько минных заграждений, мы занялись своими делами.
В Севастополь стягивались войска, все гражданские суда готовились к перевозке войск, а Черноморский флот ожидал долгожданной команды. Смотря на линкоры Императорского флота, невозможно не гордиться этими красавцами. Хорошо, что вовремя успел отдать приказ ИСБ направить на флот группу офицеров для противодиверсионной работы. Первые «птички» уже вовсю пели нам интересные песни.
После базы Черноморского флота я направился в Ливадию, где увидел резко постаревшего императора. Живчик, вечно улыбающийся и готовый сфотографироваться он после отравления осунулся и закрылся в себе. Заметил за собой странную вещь. Я не мог на него обижаться, как бы не хотел за то, что… За то, что не был великим, а упертым и недальновидным правителем? Может, стоит винить в этом родителей, а не его. Кто знает точный ответ.
— Ты всегда был мне, как сын Дмитрий! — растрогался от моего приезда Николай. — Жаль, недолго мне осталось.
Снова начинает хоронить себя. Боткин сказал, что император слаб, но есть надежда на улучшение состояния. Продержался бы еще года два, пока ИСБ не развернется на полную.
— Учитывая, что ты мне все прощал, я в этом никогда не сомневался. Но до появления первых внуков никак нельзя умирать.
— А ты стараешься? — рассмеялся Николай, пригладив усы.
— Время не то…
— Дети всегда вовремя! Не затягивайте. Я знаю, что ты хочешь Ольгу сделать моей наследницей, и важно, чтобы к этому моменту у вас был сы… ребенок. Думаешь, я не видел чувства Ольги к тебе? Если бы не Аликс, давно бы выдал за тебя. Всегда хотел, чтобы ты был ей опорой.
Ну все потянуло его на лирические мысли. Словно услышав мои мысли, он заходил по комнате из стороны в сторону и успокоился.
— Мне доложили, что в Севастополе увеличилось количество военных. Расскажешь или не доверяешь?
— Почему нет⁈ Ты император, и хоть кому-то я должен докладывать о положении дел на фронте. Не одному мне отдуваться.
Позвав Демьяна, который почтительно поклонился императору и занес карту. Все-таки к венценосной особе всегда будут относиться с особым почтением.
— Мы концентрируем свои силы на Кавказском фронте, полностью перейдя в оборону на всех остальных фронтах. Флот готовится выступать и действовать совместно с наземной армией. Разрежем противника с трех сторон, после чего выйдем на переговоры. Не согласятся — усилим давление. Османская империя, как и Австро-Венгрия схлопнется, как карточный домик при постоянных военных поражениях, а внутренние проблемы будут нарастать.
Свои слова я демонстрировал для наглядности на карте и еще раз анализировал текущую обстановку. Многое поставлено на эту военную кампания.
— А как же Проливы? — нахмурился император.
— Пока нет решения, как империи их удержать. Натравят всех и скинут в море. Или новая Крымская война сразу же после окончания этой. Нам нужен крепкий мир хотя бы на десять лет, а не новая мясорубка.
— Не любишь ты англичан, как и они тебя. Хотя раньше ты был другого мнения о наших союзниках, — усмехнулся Николай. — К тебе уже приходили переговорщики от «уважаемых» людей?
— Ты имеешь в виду банкирские дома? Пока еще нет. Я думаю, узнаю об этом, когда подорвут бомбу или наймут очередных убийц. Если не получится, пришлют переговорщика.
— Успей сделать до этого времени мне внука…
— А если серьезно. Ты боялся, что они объединятся против Российской империи или ты боялся за личную безопасность?
По его лицу видно, что я угадал. Николай боялся, что ему выставят счет за все, и пострадает семья. Деда убили, отец пережил крушение поезда, скорее всего, вследствие теракта, после чего тяжело заболел. Постоянные предательства, интриги и подсиживания. К тому, что тебя могут предать даже самые близкие люди нелегко привыкнуть. Сломаться намного проще.
— У нас не было другого выхода! Все равно вступили бы в войну на чьей-то стороне, а союз с французами и кредиты многое нам дали. Батюшка говорил, что ему было нелегко лавировать в свое время, но при нем Россию уважали и боялись. И никто не смел указывать, что нам делать.
Мы оба помолчали, а что тут скажешь. Одни хотят ограбить и уничтожить Россию, другие просто ограбить. Еще и поражение в Русско-Японской войне сильно ударило по империи. Первый раз, когда «финансы» нанесли свой удар.
— Как думаешь, у тебя получится? — после молчания спросил Николай.
