Причесавшись и прополоскав рот, Хамбэй вышел в гостиную, где дожидались Куматаро и оба его спутника.
Хамбэй не мог сдержать волнения, приветствуя гостей.
– Наконец-то вы в безопасности! – воскликнул он, сжимая руку Камбэя. – Я так за вас беспокоился!
– Как видите, со мной все в порядке, – отозвался тот.
– Небесам было угодно, чтобы мы вновь встретились. Для меня это истинное счастье.
Третий гость – самый старший из всех – молчал, явно не желая мешать двоим друзьям порадоваться встрече, пока Камбэй не попросил его представиться хозяину.
– Мой господин, я тоже состою на службе у князя Хидэёси и с вами мы встречаемся уже не впервые, но вы, должно быть, меня не помните: нам, ниндзя, не пристало мелькать на виду. Меня зовут Ватанабэ Тэндзо, я племянник Хатидзуки Хикоэмона. Чрезвычайно рад познакомиться с вами.
Хамбэй ударил себя по колену:
– Так, значит, вы Ватанабэ Тэндзо! Я много слышал о вас.
Тут в разговор вмешался Куматаро:
– Мы с Тэндзо случайно столкнулись в крепости Итами. Вернее, у крепостной тюрьмы. У нас с ним было одинаковое задание – во что бы то ни стало туда проникнуть и освободить князя Камбэя.
– Само Небо пришло нам на помощь, ибо, действуй мы поодиночке, нас, скорее всего, обоих бы убили, – улыбаясь, добавил Тэндзо.
В крепость Итами его направил Хидэёси, когда исчерпал все способы уговорить Араки Мурасигэ отпустить Камбэя и решил устроить своему другу побег из темницы.
Тэндзо повезло. Едва он прокрался в крепость, как подвернулась прекрасная возможность вызволить Камбэя. В крепости устроили какое-то торжество. Все родственники и вассалы Араки Мурасигэ пировали в главном зале, а воинам выставили столько сакэ, сколько они могли выпить. К тому же ночь выдалась тихая и безлунная. Тэндзо, не теряя времени даром, отыскал крепостную тюрьму и собрался уже было туда проникнуть, как столкнулся с человеком, занимающимся тем же самым и явно не похожим ни на стражника, ни на защитника крепости. Они сошлись, и незнакомец назвал свое имя. Это был подданный Такэнаки Хамбэя Куматаро. Вдвоем мужчины взломали тюремное окно и освободили Камбэя. Под покровом тьмы князь и его спасители без особого труда выбрались из крепости.
Выслушав рассказ смельчаков, Хамбэй сказал Куматаро:
– Признаться, давая тебе это поручение, я расценивал твои шансы на успех как один, ну самое большее два из десяти. Похоже, нам и в самом деле следует возблагодарить Небо. Но что случилось после того, как вам удалось бежать из крепости? И как вы сумели добраться сюда?
Куматаро почтительно опустился на колени. Если он и совершил нечто достославное, то явно не возгордился.
– Выбраться из крепости было сравнительно просто, мой господин. Труднее оказалось обойти расставленные повсюду гарнизоны Араки Мурасигэ. Мы не раз попадали в окружение, пока в конце концов пробились, но в одной из схваток князя Камбэя ранили в левую ногу. Некоторое время нам пришлось отсиживаться в каком-то сарае, а когда князь немного поправился, мы двинулись в путь. Шли, отсыпаясь днем, пока не добрались до Киото.
Камбэй решил вставить в рассказ свое слово:
– Если бы мы сразу направились в лагерь войска клана Ода, осаждающего крепость, то избежали бы многих опасностей. Но судя по тому, что я слышал в крепости – а слухи эти усиленно распространял Араки Мурасигэ, – князь Нобунага не вполне мне доверяет. Мурасигэ всем внушал, что я непременно перейду на его сторону, обидевшись на Нобунагу, но я только смеялся в ответ на эти слова. – Замолчав, Камбэй грустно улыбнулся, и Хамбэй понимающе кивнул ему.
За разговором они не заметили, как небо на востоке начало светлеть. Ою накормила утомленных мужчин завтраком, и они прилегли ненадолго, а проснувшись, вновь продолжили беседу.
– Возможно, мои слова станут для вас полной неожиданностью, – сказал Хамбэй, – но я намерен сегодня же выехать в свою родную провинцию Мино, а оттуда – в Адзути, чтобы повидаться с князем Нобунагой. И как только я расскажу вашу, Камбэй, историю его светлости, вам лучше всего сразу отправиться в Хариму.
– Разумеется. Я не собираюсь сидеть без дела ни единого дня, – откликнулся Камбэй. – Но вы, мой друг, больны. Как такая поездка скажется на вашем здоровье?
– Я все равно собирался сегодня уехать. Стоит поддаться хворям, как им и вправду не будет конца. К тому же вот уже несколько дней я чувствую себя значительно лучше, чем прежде.
– Тем более важно довести лечение до конца. Не знаю уж, что за неотложные дела требуют вашего отъезда, но не лучше ли вам все-таки с этим повременить?
– Я молился о том, чтобы в новом году мое здоровье пошло на поправку, но сейчас, когда мне больше не нужно беспокоиться за вас, все это не имеет никакого значения. Кроме того, я совершил преступление, и должен отправиться в Адзути, чтобы понести наказание.
– Что еще за преступление? – недоуменно спросил Камбэй.
И тут Хамбэй впервые поведал другу о том, как более года уклонялся от исполнения приказа Нобунаги.
