— Для меня великая честь предстать перед вами, мой господин. Вы возвысили и второго моего брата — его зовут Сигэхару.
Достойный ответ пришелся Нобунаге по вкусу. Ему хотелось поддразнить Хидэёси, но он устыдился этого порыва и решил поговорить на серьезные темы.
— Улучшилось ли здоровье Хамбэя?
— Я уже довольно долго не виделась с братом, мой господин. Он несет военную службу и очень занят. Но время от времени я получаю от него письма.
— А где ты сейчас живешь?
— В крепости Тётэйкэн в Фуве, там у меня дальние родственники.
— Интересно, не вернулся ли еще Ватанабэ Тэндзо? — сказал Хидэёси, пытаясь переменить тему разговора, но хитрого Нобунагу не так-то просто было увести в сторону.
— Что ты несешь? Ты, должно быть, рехнулся. Ты ведь сам уверял меня, что Ватанабэ надо ждать только через три дня.
Хидэёси густо покраснел. Нобунагу это, казалось, сильно обрадовало. Он хотел, чтобы его вассал утратил на время обычную самоуверенность и пришел в замешательство.
Нобунага пригласил Ою на вечернюю пирушку, добавив при этом:
— Ты ведь не видала, как я хорошо пляшу, а вот Хидэёси не раз любовался этим зрелищем.
Позже вечером, когда Ою попросила разрешения удалиться, Нобунага не стал упорствовать, но неожиданно приказал Хидэёси:
— Что ж, тогда и ты исчезни!
Парочка покинула крепость. Хидэёси, впрочем, скоро вернулся, что-то встревоженно бормоча себе под нос.
— Где князь Нобунага? — спросил он у молодого оруженосца.
— Только что удалился к себе в спальню.
Услышав об этом, Хидэёси, утратив обычную выдержку, бросился во внутренние покои и попросил караульного самурая передать князю срочное сообщение.
— Мне необходимо немедленно переговорить с его светлостью.
Нобунага еще не лег и, как только к нему провели Хидэёси, приказал всем покинуть помещение. Но даже когда стражники вышли из комнаты, Хидэёси по-прежнему оглядывался по сторонам с большим беспокойством.
— В чем дело, Хидэёси?
— Мне кажется, что в соседней комнате кто-то остался.
— Тебе не о чем беспокоиться. Это всего лишь Ранмару. Он нам не помешает.
— Нет, помешает. Я прошу у вас прощения, однако же…
— Ему тоже уйти?
— Да.
— Ранмару, оставь нас! — крикнул Нобунага в соседнюю комнату.
Ранмару молча поклонился, встал и вышел.
— Ну, теперь все в порядке. Так в чем же дело?
— Дело в том, что на обратном пути из крепости я случайно столкнулся с Ватанабэ Тэндзо.
— Как так? Тэндзо вернулся?
— Он сказал, что летел, как птица, туда и обратно, ни на мгновение не останавливаясь. Известие о смерти Сингэна подтверждается.
— Вот как… что ж…
— Я не знаю всех подробностей, но ближний круг сторонников Такэды явно повержен в глубочайшее уныние, хотя внешне они пытаются делать вид, будто ничего не произошло.
— Да уж, если они и горюют, то горе свое наверняка стараются держать в секрете, это ясно.
— Разумеется.
— А в других провинциях по-прежнему ни о чем не догадываются?
— Насколько мне известно, нет.
— Значит, настало наше время. Я уверен, что ты запретил Тэндзо разговаривать об этом с кем бы то ни было.
— Да, на этот счет можете не беспокоиться.
— Но ведь среди ниндзя попадаются и предатели. Ты в нем совершенно уверен?
— Он племянник Хикоэмона, и он мне предан.
— И все же нам следует проявлять предельную осторожность. Одари его деньгами, но запри здесь, в крепости. Лучше будет подержать его взаперти, пока дело не закончится.
— Нет, мой господин.
— Нет? Почему же?
— Потому что в следующий раз, когда нам понадобятся его услуги, ему уже не захочется рисковать жизнью, как только что. Если мы не доверяем человеку, а лишь платим ему, всегда существует опасность, что враг сумеет заплатить больше нашего.
— Ну хорошо, и на чем же ты с ним простился?
— К счастью, Ою как раз собиралась вернуться в Фуву, поэтому я приказал ему охранять в пути ее паланкин.
— Человек только что выполнил смертельно опасное задание, а ты тут же отправляешь его охранять твою возлюбленную. Тэндзо это не обидит?
— Он чрезвычайно обрадовался. Может, я и плохой господин, но он хорошо знает мои слабости.
— Твоя манера обращения со своими людьми несколько отличается от моей.
— Мы дважды застрахованы от неприятного поворота событии. Ою, конечно, всего лишь женщина, но если выяснится, что Тэндзо захочет поделиться нашими тайнами с посторонним, она не остановится даже перед тем, чтобы убить его.
— Оставь свое самодовольство!
— Извините. Вы, конечно, правы.
— Дело не в этом, — сказал Нобунага. — Тигр Каи мертв, и значит, нам нельзя медлить. Мы должны выступить прежде, чем мир узнает о его гибели. Хидэёси, нынче же ночью изволь воротиться в Ёкояму.
— Я так я собирался поступить, мой господин. Поэтому и отправил Ою в Фуву.
— Не смыкай глаз. Я тоже нынче ночью не буду спать. К рассвету нам необходимо собрать войско.
И Нобунага, и Хидэёси думали сейчас об одном и том же, причем думали одинаково. Возможность, на которую они давно уповали, наконец-то представилась — возможность одним махом решить все накопившиеся за много лет вопросы. Речь, разумеется, шла об устранении источника всех бед — сёгуна — и о ликвидации прежнего порядка.
