Жар стыда прильнул к лицу. И тут словно специально, чтобы отвлечь меня от тягостных размышлений, по тропинке из «чепка» навстречу выскочил Женя Щегол – «карась» из роты охраны. Парнишка шустрый и общительный. Подчёркнуто независимо – переводные банки ему уже месяц как пробили, на равных поздоровался и, вытащив из кармана брюк помятую пачку «Примы», предложил закурить. Эх, Щегол, ты, Щегол. «Карась»[12] – это, конечно, уже не «чижара», но до дембеля тебе ещё как до Пекина. Год лямку тянуть, а может, и больше. Из роты охраны почему-то всегда поздно увольнялись. И вальяжно щёлкнув крышкой самодельного портсигара, я предложил ему своих – дембельских. При виде респектабельных «Мальборо» глаз Жени дёрнулся. Вот так вот, сынок. Знай наших. Но ничего так парень, справился. Степенно извлёкши из рандолевой коробки сигарету, неспеша прикурил и повёл светскую беседу о последней дембельской моде, всё время при этом завистливо поглядывая на мою непрезентабельную робу.
Конечно, надетая на мне замызганная голландка с рваным воротом и драная тельняшка выглядели куда как круче и статуснее его безукоризненной формы с выглаженным рубцом неуставной «годички» на спине. Да, позволь себе кто-то из молодых надеть что-то подобное моему прикиду, его тут же долго и со всем старанием «любили» бы не только старшина, но и все старослужащие, встретившиеся на пути. На святое посягать нельзя. Право носить рваньё безнаказанно нужно было заслужить. И не только сроком службы. Здесь требуется особое положение, авторитет среди сослуживцев. Это как меч у воина или бобровая шапка у боярина. Жаль, Саид этого не понимает. Для него все наши традиции – всего лишь блажь и выпендрёж. Он даже масло на стодневку жрал, «орёл горный».
Меж тем Щегол посетовал на ротного – «козла», который, сука такая, совсем озверел, и приходится через день на ремень тянуть караульную службу и, стрельнув на прощание ароматную сигарету, заспешил по своим «карасёвским» делам в сторону вещевого склада.
«Странно, – мелькнула мысль, – чего они туда зачастили? Похоже, какую-то лазейку пробили. Да, Бог с ними, – отмахнулся я про себя, – мне-то что. Домой завтра, а пацанам ещё год сапоги топтать. Пусть крутятся». И, бодро перепрыгнув через трубы коммуникаций, я пошагал вдоль забора, огораживающего гарнизонные склады. И, рассеянно глазея по сторонам, вдруг зацепился взглядом за полуистлевшую надпись на стене ограды.
«Защита Отечества – есть священный долг каждого гражданина СССР», – гордо гласил лозунг, цитируя статью Конституции уже не существующего государства.
– Дозащищались, блин, – сплюнул я в лужу. Настроение опять испортилось.
Страна, готовая отразить натиск любого внешнего врага, пала под ударами врага внутреннего. Современные системы вооружения – плод деятельности советских КБ, десятилетиями трудившихся над созданием мощного щита Родины, колоссальный опыт советских военных, накопленный в ходе больших и малых войн, которыми изобиловало двадцатое столетие и непременным участником которых выступал Советский Союз, оказались бессильны перед социальными катаклизмами, порождёнными алчностью и продажностью людей, пробравшихся во власть.
В терминологии спецслужб ведущих мировых держав существует такое понятие, как «агент влияния». Эти люди не приобретаются голой вербовкой. Их воспитывают долго, упорно, ненавязчиво. Их обхаживают и прикармливают в полном соответствии с народной мудростью, что «чей хлеб ем, того и песню пою». Это не прозаичные «рыцари плаща и кинжала», тырящие под покровом ночи секретные документы, закладывая попутно тонну тротила под опору моста. Нет. Это вполне респектабельные, высокопоставленные граждане, делающие всё возможное, чтобы в родном государстве проводилась политика, выгодная их хозяевам. Именно они стояли у истоков великих потрясений, ураганом промчавшихся по территории Советского Союза и поставивших его на грань уничтожения.
Даже когда граждане союзных республик, несмотря на все проблемы и разногласия, выразили желание остаться в братской семье народов и проголосовали за сохранение Советского Союза на Всесоюзном референдуме 17 марта 1991 года, то и тогда эти выкормыши западной демократии нисколько не отчаялись. А наплевав на выбор народа, довели начатое дело до конца и выполнили заказ своих забугорных кураторов. В декабре 1991 года Союз Советских Социалистических Республик перестал существовать.
