В этот момент мне не хочется закрывать глаза.
Я хочу не только чувствовать, но и видеть каждое его касание.
Демин отрывается на какое-то время, что бы избавится от брюк и боксеров. Потом вновь его поцелуи на моей шее сводят меня сума.
Теряюсь в эмоциях и собственном стоне. Прихожу в себя в тот момент, когда сжимаю и несколько раз провожу рукой по каменному стволу. Вадим издает грубый стон и приближаясь к моему рту, тянет зубами мою нижнюю губу.
— Моя девочка стала смелой? — не дав ответить на свой вопрос, Вадим толкается в мой рот языком и я начинаю дрожать от нетерпения.
Этот безумный петинг доводит меня до пика. Мне сложно выдержать эту пытку. Я хочу уже ощутить этого мужчину в себе. Слишком долго я его ждала и слишком мучительным было мое ожидание.
Вадим отстраняется от моих губ и через пару возбужденных выдохов выдает
— В следующий раз это будет не язык.
Сама не могу понять почему его слова так сладко и томительно собираются внизу живота и растаяв от прикосновений остаются на его пальцах, которыми он так умело ласкает меня.
Демин жадно следит за моими эмоциями, а у меня от наслаждения закрываются веки.
— Смотри на меня — требовательно. Звучит как приказ. Я знаю, что Вадиму нравится за мной наблюдать и он…
От своей догадки я на мгновения трезвею и внимательно всматриваюсь в голубую бездну. Он что, думает, что я могу представлять сейчас кого-то другого?
Моего взгляда хватает всего на несколько секунд, потому что потом меня простреливает безумным наслаждением и я лечу в темную пропасть все-таки прикрыв глаза. Демин вновь ласкает мою грудь и я чувствую вторжение.
Мой кукловод умело направляет мое тело к пику наслаждения.
Одной рукой он держит мое плечо, другой упирается о стенку кровати. Не без помощи бешенных толчков в эту же стенку врезается моя голова.
Возможно, после я даже почувствую боль от грубых ласк своего мужчины. Но сейчас — только наслаждение.
Когда я слышу протяжный стон, плавно стекающей с нашей кровати, понимаю, что голос принадлежит мне. Обрывистое дыхание Вадима и короткие сокращения внутри меня свидетельствует о том, что этот парень тоже пришел к финишу.
— Прости, что был грубоват. Скучал очень. — Демин целует меня в губы и падает рядом.
— Я тоже. Безумно. — мои пересохшие губы могут выдать только это.
Губы Вадима касаются моего виска и мы закрываем глаза.
В мягкой дымке дремы я позволяю себе натянуть на нас с Деминым одеяло и по-хозяйски закинуть ногу на своего мужчину.
Легкость растекается по телу приятной усталостью. Я не хочу засыпать, потому что планирую приготовить что-нибудь вкусненькое, что бы побаловать своего будущего мужа. Но бороться со сном, когда твоих волос касается спокойное дыхание оказывается невозможным, и я в итоге сдаюсь.
Мы спим не долго.
Мы просыпаем целый день.
Мое пробуждение настает от сонного голоса, который доносится где-то рядом.
Это был не сон…Вадим рядом со мной.
Сладко улыбаюсь и плотнее прижимаюсь к Демину.
Почему-то я слышу еще один голос и это…
Открываю глаза и боюсь повернуться.
Это голос моей мамы.
Мы не закрыли дверь в спальню…
За окнами темно с кухни доносится приятный аромат. Слышен голос папы, он с кем-то разговаривает по телефону.
Мне физически становится нехорошо. Дикая паника накрывает с головой и я совершенно не представляю, что мне сейчас делать.
Растерянно поворачиваю голову и смотрю в голубые глаза, которые насмешливо наблюдают за моим испугом.
— Это была твоя мама…Да-да… — шепчет Демин. Его губы дергает улыбка, глаза блестят.
Весело ему, смотрите-ка!
— И чего ты разлегся — выпаливаю трусливым шепотом. — Мог бы встать , одеться и… не знаю…— пожимаю плечами и губу закусываю, придумывая, как оправдать эту ситуацию.
А вот как ее оправдаешь? «Мама, папа, мы тут с Вадимом Андреевичем прилегли отдохнуть…голые»…
— Пф-ф-ф-ф…воздух покидает мои легкие тяжелым выдохом.
Демин громко смеется
— И как я должен был встать? Вот так -невозмутимо оттягивает одеяло а там, он ожидаемо без трусов.
Я нервно колочу его по руке. Демин издает тихий смешок, притягивает меня к себе и нежно целует. Я не могу расслабиться ни на секунду. Мне хочется выгнать Вадима и стереть родителям память. Трусиха.
— Не переживай, мажорка. — вкрадчиво шепчет мне на ухо. — Папа тебя не отругает. Обещаю. — я отстраняюсь от Вадима и внимательно рассматриваю его лицо. Нет… папа же не заходил сюда?
Мне кажется, что последний вопрос я произношу вслух, потому что на него прилетает ответ, который только сильнее выбивает меня из седла. Потому что он очень неожиданный.
— Возможно заходил, но я его не видел, спал — плечом дергает и вновь короткий поцелуй на моих губах. — Он мне тебя в жены отдал сегодня утром.
