Он снял свой шлем и потянулся ко мне губами. Еле дотронувшись до него губами и перечеркивая его ожидание страстного поцелуя, я засунула в его руки свой шлем и отошла.
Почувствовав его взгляд, я оглянулась, он уже надел свой шлем, мой шлем убрал в рюкзак и пальцами в черной перчатке показывал, что позвонит.
Работа моя, как и во всех мирах, была самым нелепым и несуразным пятном в моей трудовой деятельности. Я снова была девочкой на побегушках. Выполняла ту же на первый взгляд, простую работу, которая, по сути, являлась непосильно сложной. Я регулировщик чертовых проблем. Да, именно так.
Единственное, что меня огорчило по приходу на свое рабочее место – отсутствие Авроры. Она, вообще не работала со мной и о ней никто и никогда не слышал. Это немного выбило меня из колеи, отчаянно хотелось увидеть знакомое лицо, пусть даже неприветливое и презрительное.
В обед я мечтала умереть. Ноги ныли от высоких каблуков, и я искренне не понимала, почему на работу, связанную с многочисленными передвижениями по городу, ношу просто адски неудобную обувь?
Телефон, валявшийся у меня на столе, оповестил о новом звонке. Я подняла голову, уютно лежащую на руках, и мутным взглядом окинула комнату, в которой находилось несколько столов. Все они были пусты.
– Алло, – безжизненным голосом ответила я в трубку.
– Ты не пришла. – голос юнца выдавал скрытую панику. – Я заказал твой суп. Он готов, а тебя нет.
Обед! Я хотела уже придумать отговорку, чтобы не приезжать, но желудок без стеснения напомнил о своей пустоте.
– Хорошо. Приеду на автобусе.
– Только не садись на двойку, она дольше едет. Садись на пятнадцатый, всего три остановки.
Ресторанчик, где работал юнец, действительно находился недалеко от моей работы. Несколько минут и вот я сижу в полупустом зале, за столиком, где меня обслуживает, как вы думаете, кто? Юнец!
Он галантно принес мне суп, через руку перекинуто белое полотенце. На нем были вишнёвого цвета брюки, на жилетке такого же цвета красовалась круглая эмблема его ресторана. Белая рубашка с мелким галстуком-бабочкой в тон к костюму. У юнца даже выражения лица изменилось. Оно и так было милое, а теперь угодливо милое.
Я рассеяно ковыряла ложкой суп-пюре нежно оливкового цвета и думала, что сколько бы раз я не поднимала голову, все время ловила себя на мысли, что упустила долю секунды, чтобы перехватить взгляд юнца, который уже неизменно смотрел в другую сторону.
Как в трансе я ушла из ресторана, отсидела часы за рабочим столом, молча выслушала критику в свой адрес о неудачном договоре с перевозчиком домашних животных. Оказывается, мелкая собачка заказчика тяжело перенесла поездку в другой город. Она ей совсем не понравилась, по словам ее хозяина.
После того как шеф ушел, я уронила голову на руки и затряслась в беззвучном истерическом смехе. Собачке не понравилась поездка! Перевозчик сделал что-то не то. От него пахло не так. Да эта собака имела условия в перевозке намного лучше тех, чем имеют обыкновенные люди. Боже!!! Я схожу с ума.
