Следующая шаровая молния оказалась принята на щит, которым прикрылся приземистый и медлительный механизм. Он, а также еще три штуки ему подобных, старательно изображали из себя живой щит. А за их спинами неспешно ползла вперед довольно редкая для местных конструкторов неантропоморфная машина в виде толстой гусеницы. Судя по количеству ножек и торчащим на спине крюкам, эта штука вполне могла вскарабкаться вверх по гладкому камню. А потом и поднять туда же некоторые из самых легких образцов бронетехники, имеющие шансы не застрять хотя бы в основных коридорах. Подобных передвижных лифтов на поле боя имелось ровно восемь штук, и канониры, очевидно, уделяли им довольно большое внимание. Разрывы один за другим вставали у длинных боков гусениц или даже непосредственно на вытянутой спине. Однако бронированы данные агрегаты оказались просто великолепно. Хорошо хоть оружием не обладали, если не считать имеющегося на морде решетчатого сопла, подозрительно похожего на огнемет.
Из-за спин прицельно долбающих по крепости големов вылетела резко метнувшаяся вперед кавалерия, про которую в угаре перестрелки все забыли. Всадники выжимали из своих лошадей все возможное и невозможное при помощи уздечек[23], шпор и магии, на полном ходу достигая ног каменной птицы чуть ли не за считаные секунды. Учитывая, что под копытами коней не расстилался ведущий в небо мост, да и сами они порхать или бегать по вертикальным поверхностям вроде бы не умели, такой маневр казался безумием. Но только казался. Всадники, достигшие мертвой зоны крепостных орудий, дружно вываливались из седла, бросались к гладкому камню и… карабкались вверх со скоростью, которой и от цирковых акробатов или профессиональных альпинистов сложно было ожидать. Некоторые даже совершали прыжки вверх и в сторону на два или три метра, а после на лету цеплялись за подножие стены и вновь двигались прежним курсом.
– Австрийские горные егеря! – ахнул кто-то, вглядевшись во врагов повнимательнее. – Да среди них же простых людей вообще нет, сплошь ведьмаки!
– Но нет и магов выше второго ранга, – спокойно заметил Андрэ, высовываясь в пролом и пуская вниз цепную молнию. Разряд электричества послушно запрыгал по десятку противников… Но сорвались вниз только двое из них. И то падение с высоты нескольких метров их не добило, и европейцы почти сразу же стали шевелиться и пытаться подняться. Одному из них Олег из своей двустволки разнес на кусочки голову… Хотя целился вообще-то в грудь, чтобы не промахнуться. Просто его в момент нажатия на спусковой крючок обрадовала своим визитом пуля, прилетевшая откуда-то со стороны опасно приблизившейся пехоты прямо в артефактный щит. – Только те, кого для дальнейшего обучения на боевого мага сочли непригодным.
Словно кузнечики, десятки и сотни прошедших специальную подготовку австрийцев запрыгивали в стрелковые галереи и вступали в жестокую схватку с теми, кто там находился. Причем с равным успехом они умудрялись сражаться как с воздушной пехотой, так и с тяжелобронированными витязями. Арсенал у этих ребят был богатым и подходящим для столкновения с почти любым противником. На запястьях верхолазов крепились короткие выдвижные клинки, сыплющие во все стороны злыми колючими огненными искрами. У пояса болталась параллельно полу в специальной сбруе парочка коротких револьверных обрезов, управляемых не иначе как усилием мысли. Периодически тут и там вспыхивали разрывы гранат, которые метали руками, телекинезом, отправляли с потоками наколдованного ветра или презирающей гравитацию воды, доставляли до места какими-то химерологическими тварями вроде саблезубых голубей-камикадзе. Причем вглубь крепости европейцы пока не пробивались. Задачей этого отряда было смешать карты защитникам и не дать обстреливать пехоту, которая уже вот-вот пойдет на приступ через мосты осадных башен. И потому на нижних ярусах замка осталась только треть нападающих. А остальные поползли выше. К пушкам и начальству, традиционно забирающимся на самый верх ради лучшего обзора и большей дальности ведения огня.
– Вот черт! – Олега кольнуло неприятным чувством приближающейся смерти, и он от всей души пнул небольшой продолговатый цилиндрик, упавший к его ногам секундой раньше. Граната полетела вниз, еще на полпути к земле разорвавшись облачком дыма и летящих куда попало осколков. Ими и ударной волной вниз стряхнуло двух или трех горных егерей. Падение с высоты нескольких десятков метров они пережили уже хуже, если вообще пережили… Но на общем фоне такой урон был практически незаметным. – Пошли отсюда, уроды!
