— А сбежались они на запах крови — возможно, после того, как он пробил себе голову.
— Угу.
Нэш шагнул ближе и показал на левую руку жертвы.
— А это что?
Портер проследил за его взглядом. Рука была сжата в кулак; из него что-то торчало. Он нагнулся и попытался разжать пальцы.
— Трупное окоченение?
— Уже прошло. Крысы обгрызли ему кончики пальцев, остатки склеились запекшейся кровью. Подержи-ка. — Он снова передал Нэшу фонарь.
Освободив руки, он с трудом разжал пальцы трупа. Покойник сжимал в кулаке трубочку из глянцевой бумаги. В длину трубочка была сантиметров десять и скручена вроде самокрутки. Портер выдернул ее и осторожно развернул.
— Это проспект.
— Какой еще проспект?
— Рекламный. — Портер поднес бумагу к свету.
Нэш подошел поближе и прочел вслух:
— «„Озерный причал“. Жилой комплекс „Толбот истейт девелопмент“. Яхт-клуб и загородный клуб — два в одном».
— Компания недвижимости Толбота?
— Или строительная компания, возможно, и то и другое. — Нэш потянулся к брошюре. — Я уже видел их рекламу. Они снесли много складов и промышленных зданий на берегу озера, строений вроде того, где мы сейчас находимся, и на их месте строят шикарные особняки. Дома огромные, от трехсот до восьмисот квадратных метров, но участков под ними нет. Это безумие. Если у тебя столько денег, что ты можешь себе позволить такое жилье у озера, зачем жить буквально на голове у соседа? Один мой приятель работает в порту, и он сказал, что участки на первой линии продаются вместе с причалами, но при этом компания-застройщик не заморачивается углублением дна. Поэтому пришвартоваться у таких причалов можно только на маленьких суденышках. Если же у будущих владельцев яхта крупнее, их заставляют дополнительно платить большие деньги, чтобы углубить дно. Правда, толку от такого углубления мало, если то же самое не сделать на соседних причалах: пройдет совсем немного времени, и вырытые ямы заполнятся илом. Через пару лет операцию придется повторить.
Портер с трудом заставил себя выпрямиться; колени у него хрустнули от напряжения.
— Надо выйти и позвонить Хозману. Обезьяний убийца не без причины метил в Толбота; должно быть, дело как-то связано с этим строительством.
— Может, там мухлеж с бухгалтерией?
— В таком большом проекте возможно все. Когда проталкиваешь большой участок под застройку, наступаешь на множество мозолей.
— Портер!
Оба обернулись. У входа стоял Эспиноза.
— Мои ребята нашли туннель, о котором ты говорил. В какой-то момент его заколотили, но кто-то недавно проломил доски и замаскировал дыру несколькими ящиками. Туннель идет из подвала на север. Если я тебе не нужен здесь, мы сходим и посмотрим, куда он ведет.
Портеру хотелось поскорее выбраться наружу. Тесное помещение, труп, крысы — все, что его окружало, вызывало у него клаустрофобию.
— Нэш, подожди здесь судмедэксперта. Возьми Уотсона, осмотрите место происшествия. Я иду с отрядом Эспинозы. Позвоню, когда мы поймем, куда ведет туннель, — сказал Портер и повернулся к Эспинозе: — Показывай дорогу!
