Таня(не замечая, что творится вокруг, воздев очи к небу): Ну ладно. Может быть, у меня в самом деле обе ноги — левые. К тому же я думаю, что это в самом деле некрасиво. Но помоги же мне унизить этого хуесоса, этого жополиза, этого мерзкого официанта!

Вера(оседлав Катю и прижав ее руки к полу): Плюнь на все!

Таня(плюет):Тьфу!

Вера: Не тебе. Тебе.

Катя: Нет.

Вера(придерживая ее): Ты ненавидишь его потому, что у тебя депрессия. Но он любит меня. А я люблю его…

Катя(захлебываясь в кашле): Тьфу-тьфу! Отпусти меня. Помогите!

Вера отпускает ее.

Катя(с ненавистью): Будь проклят этот гребаный мир, в котором нет надежды. Ждать. ждать…

Катя вертит головой и, осмотрев несколько тайников, извлекает, наконец, из-за плинтуса бутылку «Кремлевской».

Катя: Я ее от папаши спрятала. Вздрогнем, девочки?

Наливает водку в рюмки, протягивает одну Вере.

Вера: Без меня!

Катя: Брезгуешь?

Вера: Нет.

Таня: Я буду.

Катя наливает ей. Пьют. Коля появляется со стаканом в руках и жалобно смотрит на сестер.

Катя: Ну чего тебе? Ой, батюшки, тебе ж, бедняге, налить надо! (Наливает Коле, тот мгновенно выпивает.) Ну вот тебе добавки. (Наливает ему, пьют.) Видите, сестрички. Вы думаете, я законченная неудачница? Ты, Верочка, говоришь, что я уродина.

Вера: Я это говорила? Это ты говоришь, будто я это говорила!

Катя: Ладно. Замнем. Ты не считаешь меня неудачницей, не думаешь, что со мной никогда ничего хорошего не произойдет? Я сама все это выдумала?

Вера: Ты у нас красавица, Катя. У тебя глаза, как у… (обрывает себя)

Коля(неожиданно затягивает романс и снова скрывается):

День и ночь роняет сердце ласку,День и ночь кружится голова,День и ночь взволнованною сказкойМне звучат твои слова:

Сестры (подхватывают):

Только раз бывают а жизни встречи,Только раз судьбою рвется нить,Только раз в холодный зимний вечерМне так хочется любить!

Вера: Между прочим, я беременна.

Сестры и Коля (вместе):

Только раз в холодный зимний вечерМне так хочется любить!

Таня: Что?

Катя: Ну?

Вера(кивает): Да!

Катя: Полный отпад!

Таня: Ты уверена?

Вера кивает

Катя: Который месяц?

Вера: Третий.

Катя: Ну, бля, ты залетела! (параноидально глядя на Веру). Тьфу-тьфу. Мне на все плевать. А резинкой он что, не пользовался? Ну да, он же теперь ударился в православие, им Бог не велит предохраняться!

Таня(пытается утешить Веру): Бедняжка ты моя.

Вера: Отчего это — бедняжка? Отчего? Ничего вы не поняли! Я счастлива. Я люблю его. Я люблю в нем все. Его глаза, его ум, его волосы, его голос. Он — мой дом. Моя Россия. Я даже жену его люблю…

Катя: Он мог бы побольше платить тебе.

Вера: Нет, жену его я, пожалуй, не люблю. А вот ребенка его я уже люблю. Я так счастлива. Как будто мне опять шестнадцать…

Таня: Он знает?

Вера пожимает плечами.

Таня: Почему ты ему не сказала? Я уверена, он был бы счастлив.

Вера: Я знаю, вы обе не любите его. Но вы же знаете, он собирается разводиться. Сразу после выборов. Юрий говорит, что если он снова пройдет в Госдуму, Россия встанет с колен. Рабочие каждый день будут носить белые рубашки. Мы еще покажем Америке, кто в доме хозяин. А вы обе думаете только о себе, на Россию вам плевать. Вы не можете жить так, как он.

Катя(саркастически): Еще бы! Он — живет; мы — выживаем!

Вера(раздраженно): Ээээххх! Вы… (громко) Коля!

Встает и выходит на просцениум.

Картина четвертая

Коля вбегает на сцену и поворачивает скамью лицом к публике. На сцене появляется Юрий, прекрасно одетый мужчина лет 40–50, с широкой улыбкой, как на портретах Юрия Гагарина. Вера прыгает ему на шею и обнимает его с энергией юной девушки. Горячий поцелуй. Оба рушатся на скамейку.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги