— В том-то и дело – ничего. Он не убеждает стать его сосудом, не расписывает все прелести апокалипсиса. Ну да, он жуткий и угрожающий, но он ничего не требует.
— Уж извини, но верится с трудом, — в раздражении бросает Дин.
Сэм вновь разводит руками – беспомощный невинный жест, который при его-то росте едва ли прокатит.
— В основном он роется в моём ноуте, или пытается поговорить о наших приключениях в сети, — негромко и ни разу не обвиняюще говорит Сэм. Оказывается, вслух всё звучит ещё ужасней. Но притворяться, будто ему всё привиделось, дохлый номер, после второго-то раза. После третьего так уж точно. — Но я отказываюсь с ним разговаривать, потому что а) речь большей частью о порнухе и б) это Люцифер.
— Что-то тут не чисто, — Дин ждёт продолжения, как будто не верит, что на этом в самом деле всё.
— Однажды он читал мне порно, — неохотно признаётся Сэм, куда больше волнуясь, что Дин на него зверски зол, чем о том, как бы не сболтнуть лишнего. В конце концов, хуже уже не будет. — Мне кажется, он в какой-то степени заинтересован… как бы странно оно ни было… ну-у… в нас. Я и он.
Злость на лице Дина переходит в чувство куда более сложное.
— Господи, Сэм… — Дин что есть сил пытается сохранить спокойный, не перепуганный вид, — он же не… он не делал ничего такого, что тебе бы не понравилось?
Мда. Будет много хуже.
— Никаких неуместных касаний, — неловко говорит Сэм, но Дина по-прежнему терзают сомнения. — Нет, серьёзно, нам незачем вести этот жутко неловкий девчачий разговор.
Дин безотчётно выдыхает от облегчения. Но тут же возвращается ярость.
— И с чего ты взял, что я не должен обо всём этом знать?
Сэм пытается придумать объяснение получше, чем «я делал вид, что ничего не происходит».
Дин оборачивается к Кастиэлю.
— А ты? Считаешь, ты тут не при чём? Чёрт, Кас, почему ты не рассказал мне?
Кастиэль принимает растерянный, слегка обиженный вид, как будто никак не ожидал стать объектом Диновского жгучего праведного гнева.
— Сэм сказал, что поговорит с тобой, и я поверил ему на слово, — мягко возражает он.
— Ему нельзя верить на слово, все его обещания – чахлые и ненадёжные, — огрызается Дин.
Что, на взгляд Сэма, немного нечестно.
Понятно, учитывая обстоятельства, но всё же нечестно.
— Люцифер не оказывает на него никакого влияния, — добавляет Кастиэль, и Сэм тронут тем, что Кас его защищает; может, не такой уж он и предатель.
Дин недоверчиво фыркает:
— Он ведь ангел, так? Ему не обязательно влиять – достаточно своей обычной хренью заморочить голову.
Похоже, Кастиэль собирается возражать против того, что его записали в категорию «хрени, морочащей голову», и Сэм решительно не хочет лицезреть их спор, поэтому опережает Каса:
— Мне жаль, Дин. Я думал, он наиграется и рано или поздно свалит.
— И как это скажется на тебе?
Сэм с тоскливым видом молчит.
— Демонические знамения стали не столь заметны и менее агрессивны с тех пор, как Сэм начал видеть свои сны, — тихо произносит Кастиэль. — Полагаю, Люцифер отвлёкся.
— На моего брата, — отзывается Дин. — В послужном списке у которого не так чтоб много правильных решений.
Сэм едва удерживается от ремарки: «как и у тебя».
Дин физически излучает болезненную ярость:
— Так, вы двое – даже не пытайтесь со мной заговорить, будете сидеть в мрачной виноватой тишине до тех пор, пока не порешим этого монстра.
~~~
Монстр не слишком заинтересовался идеей собственной кончины. Он мирно прожил в крохотном городке на дне колодца, куда и утаскивал своих жертв на трапезу, последние две сотни лет.
Сэм чуть было и сам не угодил в этот колодец, но ангельская хватка оказалась сильней хватки склизкого колодезного монстра.
Склизкий колодезный монстр рухнул обратно в колодец.
Полминуты спустя за ним проследовала его голова.
~~~
От Сэма несёт тиной, и нечто зелёное и неприглядное, к чему Дин не хочет даже приближаться, длинной полосой стекает у него по щеке.
По правде, Дин не обрадовался мысли пускать его в машину. Но Сэму так чертовски здорово удался трагически-удручённый вид, что отказать было как выкинуть щенка под дождь.
Дин набрасывает второй пиджак на пассажирское сиденье:
— Даже не думай, что я простил тебя за идиотство, — с горечью говорит он, и Сэм, тихо кивнув, проскальзывает в машину.
Что-то капает у него с волос.
Похоже на лягушачью икру.
Дин заводит мотор и только три мили спустя нарушает напряжённое молчание:
— Ну, мы поговорим об этом или нет.
— О чём? — спрашивает Сэм.
— О том, что ты встречаешься с Люцифером.
— Я не встречаюсь с Люцифером! — открещивается Сэм, и уголки его рта ползут вниз, как будто он в ужасе от одной только мысли.
— А как ещё это назвать?
— Как-нибудь так, чтобы оно не предполагало свидания с ним у тебя за спиной, — с нажимом говорит Сэм.
Дин бормочет себе под нос «этому ещё нет доказательств», и Сэм притворяется, что не слышал.
Дин встряхивает головой:
— Думаешь, у Люцифера безобидные мотивы? — спрашивает он у Кастиэля в зеркале.
— Нет. Будет разумно предположить, что нет, — Кастиэль даже не задумывается над ответом. Уж он-то знает, кто тут местный беспредельщик.
— Видишь, даже ангел это признаёт, — подчёркивает Дин.
