Под финиш Дин в лучших традициях вламывается в дом к предполагаемому Монстру Недели, но оказывается, что это всего лишь чересчур заботливый отец, а вовсе не плотоядная нечисть, и всё это ужасно неловко.
Ужасно неловко.
Хорошо хоть номер мотеля пахнет домом.
Дин бросает куртку и ключи на стол и по пути тащит у Сэма кусок пиццы. Тот раскинулся на кровати, заняв какое-то непомерное пространство своими гигантскими конечностями.
— Касу не понравилась пицца, — чуть виновато говорит Сэм.
— Как не стыдно, Кас, — со всей серьёзностью пеняет ему Дин, и Кас выглядит смущённым, почти чопорно устроившись у спинки их кровати… э, другой кровати. Дин стаскивает ботинки и заваливается рядом с ним.
Кастиэль прямо сейчас проделывает вполне человеческие вещи, так что Дин, не задумываясь, легонько спихивает его в сторону. Сэм уговорил ангела снять плащ и пиджак, но странным образом не упомянул ботинки. Дину искренне любопытно, как происходил разговор.
Но Кас тёплый под рубашкой, а значит, уже какое-то время пробыл здесь.
Дин тащит к себе вторую коробку с пиццей, ничуть не смущаясь тем, что не приходится делиться с ангелом; тот легко превращается в чёрную дыру, если они вовремя не заметят, сколько всего он заказал.
— Что смотрим?
— Крепкий орешек, — бубнит Сэм сквозь пиццу, запихав в рот почти целый кусок. Дину приходит на ум, что, пожалуй, для Каса они не самый лучший пример того, как принято есть в обществе.
— Куда двинем дальше?
— Не знаю, завтра просмотрю газеты, вдруг что попадётся. Или позвоню Бобби, может, он отправит нас куда.
— Будь у нас компьютер, вы могли бы определиться намного быстрее, — замечает Кастиэль. Судя по тону, это должна быть разумная и полезная мысль.
Дин глядит на его ухо:
— Чувак, если хочешь, иди и купи компьютер с Сэмом, мне плевать.
Кастиэль оборачивается к нему, и Дин чувствует на лице мягкий примирительный вздох.
— Я не хотел тебя расстроить, я всего лишь заметил, что в ваших обстоятельствах необходим доступ в сеть.
Дин отворачивается, пряча раздражение за пиццей:
— Ты меня не расстроил, — отзывается он с полным ртом, — я просто устал от того, как вы двое чахнете. Хотя с чего вдруг Сэм скучает по приключениям верхом на Люцифере – и здесь «верхом» в самом пошлом смысле – понятия не имею.
Дин полностью готов к тому, что подушка прилетит ему в лицо.
Кастиэль – не очень.
— Прости, Кас, — сухо произносит Сэм.
Дин швыряет подушку обратно и слышит, как Сэм мягко ловит её.
— Может, в следующий раз спросишь своего парня, где он вознамерился пролить реки крови?
— Чувак, ты нарываешься примерить эту пиццу.
Пфф, напугал. Сэм ни за что так не поступит, он слишком высоко ценит её прекрасную начинку.
— Я не понимаю, — тихо говорит Кастиэль, и поначалу Дин думает, тот про пиццу, но Кастиэль смотрит на экран телевизора.
— Он пытается привлечь к себе внимание, чтобы заманить в здание полицию, — поясняет Сэм.
Кастиэль кивает, как будто теперь всё совершенно ясно.
Дин думает, чёрт, может, ТВ чему-то учит? Кас теперь знает, как остановить атаку террористов в высотке.
Дин засыпает до того, как Брюс Уиллис выбирается на крышу.
Он смутно помнит: в какой-то момент Кас отстраняется, унося с собой тепло и оставляя Дина на холодных простынях. Наверно, он пробормотал что-то во сне, заставив ангела ещё немного задержаться.
Следующее, что он помнит…
…что-то хлещет его по лицу.
Дин чертыхается и вскакивает в кровати, часто моргая на яростный утренний свет.
Сэм сверлит его взглядом с высоты четырёх футов, и что-то холодное лежит на груди. Дин запоздало понимает, что его разбудили его собственные джинсы.
— Блин, Сэм, ну хоть бы каплю сострадания!
— Дин, кроме шуток, подымайся, — свирепо отзывается Сэм. — Ты сам сказал, что хочешь выехать в семь.
Неясный силуэт Сэма сгребает сумку со стола и тащит её к машине.
Дин шлёт его к лешему и зарывается лицом в подушку.
Подушка пахнет Кастиэлем.
Что странно, пускай и объяснимо – тот провёл здесь большую часть ночи, наблюдая, как Дин жуёт пиццу, а Брюс Уиллис спасает мир. Пожалуй, Дину стоит извиниться, что в итоге он уснул прямо на нём.
Да уж, брат будет припоминать ему это до конца дней. Впрочем, памятуя все его гнусные шуточки про Сэма и Люцифера – может, так ему и надо.
Да и не то чтоб это было странным.
Не кувыркался же обнажённый ангел в его постели.
…
Неуместная эрекция, твёрдо говорит он собственному телу.
Неуместная, мать её, эрекция.
========== Глава 8. Автономный режим ==========
В которой Дин чувствует себя брошенным, Сэм кутит, а Люцифер открывает для себя сладости.
Сэм снова оказывается в странном номере отеля.
Такое чувство, будто кто-то получил довольно смутное представление о типичных номерах отеля и мотеля, и спаял из них гремучую смесь. В итоге комната выглядит так, словно в ней пытались собрать всё самое лучшее, не имея понятия, что же это «лучшее» означает. Тут вам и горный простор, и тропический лес, и современное искусство, и морской берег. А кроме того, Сэм совершенно уверен: за окном идёт снег. Что наводит на мысль о шизофрении Люцифера.
— Знаешь, это не номер, а сущий бардак, — считает своим долгом отметить Винчестер.
