Троянов, Гуля и еще несколько бойцов из первого батальона пробирались по ходу сообщения вперед – то ползком, то перебежками. Гуля вглядывалась в даль – туда, где темнела окутанная дымом высота. Дым постепенно рассеялся, и, когда последние клубы его растаяли и расплылись в белесом утреннем воздухе, Гуля увидела, как на левом фланге, на юго-восточных скатах высоты, заалел флаг.
– Товарищ старший лейтенант! – радостно закричала Гуля. – Высота наша!
Троянов, не отрывая бинокля от глаз, давно уже смотрел вдаль.
– Наша! – сказал он чуть охрипшим от волнения голосом. – Это первая рота добралась… Молодцы!
В эту самую минуту рядом с Трояновым вырос связной. Добравшись сюда по ходам сообщения, он передал приказ комбата Плотникова выдвинуться на высоту на юго-восточные скаты, которые только что взяла первая рота, – выдвинуться и всеми силами удерживать этот фланг до прихода подкрепления.
– Я с вами, – умоляюще сказала Гуля, – там, верно, раненых много!
– Нет уж, – ответил Троянов, – оставайся здесь. Их сюда переправят.
– Товарищ старший лейтенант!..
Троянов пристально поглядел на Гулю и задумался. В этом ясном, прямом взгляде было сейчас столько решимости, страсти, почти вдохновения, что он невольно кивнул головой и сказал:
– Хорошо. Идем.
Через несколько минут небольшая группа двинулась по ходам сообщения к высоте. Тут был и Митя Грещенко, на этот раз он был вооружен ручным пулеметом, и Кадыр Хабибулин с автоматом.
До высоты, казалось, рукой подать. Но каждый шаг этого пути стоил целого километра. Гуля пробиралась следом за Трояновым.
Но вот где-то совсем близко от нее охнул и приник к земле боец. Гуля оглянулась. Ранен? Так и есть. И, перехватив поудобнее свою санитарную сумку, она выбралась из траншеи и поползла к раненому. Никогда еще не приходилось ей работать в такой трудной обстановке. Нельзя было поднять голову, встать на колени.
Лежа, опершись на локоть, Гуля кое-как забинтовала рану и огляделась: что ж теперь делать? Троянов со своей группой далеко продвинулся вперед. Они вдвоем остались среди взрытого снарядами поля – она и раненый боец. Не бросать же его тут одного!.. Высмотрев неподалеку оставленный противником окоп Гуля потащила туда раненого. Доползти и догнать своих! Доползти и догнать! Но по дороге к окопу она заметила еще одного бойца, скорчившегося на земле. Уложив первого раненого на дно окопа, она поползла ко второму. И снова та же трудная, неловкая работа, снова тот же долгий путь среди рвущихся снарядов к заброшенному окопу.
Она добралась до высоты, опоясанной траншеями, тогда, когда защитники высоты уже укреплялись и занимали свои места.
– Наконец-то! – крикнул Троянов, завидев Гулю издали, и по голосу его она поняла, как рад он, что она жива, и как упрекал себя за то, что взял ее с собой.
Они не успели перекинуться и несколькими словами. На узкой лощине, идущей от высоты Золотого Рога к высоте 56,8, вдруг с грохотом и лязгом гусениц появились вражеские танки. За ними шли немецкие автоматчики. На взрытой снарядами земле отчетливо выделялись их темные фигуры. По сравнению с горсточкой наших людей их было очень много – несколько сот человек.
«Контратака!» – поняла Гуля.
– По врагу – огонь! – закричал Троянов, взмахнув рукой.
И тотчас грянули залпы артиллерийских орудий, выстрелы из автоматов, застучали пулеметы. Немцы отпрянули. Все затихло.
Но вот начался новый бой за высоту.
Гуля то перевязывала раненых, то бок о бок с бойцами била по врагу из автомата. А немцы все усиливали огонь и с каждой минутой все ближе подступали к позициям, которые мы только что успели занять.
Но что это значит? Оторвавшись на мгновение от автомата, Гуля увидела группу наших бойцов, отходивших по склону высоты.
«Неужели не выдержали? Отступают?» – подумала Гуля.
Она не успела разобраться в том, что происходит, и скорей почувствовала, чем осознала самое важное: немцы рядом и вот-вот займут отвоеванный с таким трудом участок. Она выбежала по ходу сообщения из траншеи, бросилась бойцам наперерез и закричала задорно, уверенно, даже повелительно, будто давно привыкла командовать:
– Товарищи, за мной!
Люди остановились.
– За мной, товарищи! – еще раз крикнула Гуля и побежала вперед, не чувствуя под ногами земли и еще не зная, следуют ли за ней те, кого она позвала за собой.
И вдруг она услышала позади тяжелый топот ног. Рослый боец с винтовкой наперевес обогнал ее, за ним другой, третий… Вместе с ними она ворвалась в окоп, который уже успели занять немцы.
А тем временем Троянов и бойцы отбивали атаки врага. Запас патронов подходил к концу.
– Ничего, ничего, – ободряюще говорил Троянов, – подкинут, не оставят нас так!
Бойцы верили ему, но сам он с беспокойством оглядывался вокруг. Плохо дело. Этак долго не продержишься. Только и остается, что умереть с честью.
И вдруг в конце траншеи, вынырнув откуда-то из темноты, появилась Гуля, а с ней командир батальона капитан Плотников.
За ними шли бойцы с ящиками в руках.
– Трояныч! – весело крикнула Гуля, увидев Троянова. – Подкрепление прибыло! Патроны тащим! Тореадор!
