– Да. Ты жива.
Он перешагнул труп Сейферта и два других и достал мой кинжал из плеча упавшей девушки. Я ее даже не знала – а она пыталась меня убить.
Гаррик и Боди вынесли первые тела.
– Я и не заметила, что говорю вслух. – Сперва задрожали колени, а затем меня затошнило.
Проклятье, я уж думала, такая реакция на всплеск адреналина осталась в прошлом, но вот, пожалуйста, – дрожу, как лист на ветру, пока Ксейден копается у меня в шкафу с таким видом, будто не убил только что полдюжины человек.
Будто для него такая резня – обычное дело.
– Это шок, – сказал он, сдергивая с крючка мой плащ и доставая сапоги. – Цела?
Его отрывистые слова словно сорвали временные барьеры с боли. Она нахлынула пульсирующей волной, сосредоточившись у меня на спине. Вот тебе и весь адреналин.
С каждым вдохом казалось, будто я трусь легкими о битое стекло, поэтому я старалась дышать пореже. Но все же смогла остаться на ногах. Просто отступала, пока не прислонилась здоровой частью спины к стене и не перенесла на нее часть веса.
– Идем, Вайоленс. – Эти слова прозвучали и ласково, и одновременно резко. Ксейден перекинул мой плащ через руку и потащил его вместе с сапогами ко мне, перешагивая через трупы. – Приходи в себя и рассказывай, где тебя ранили.
Он только что убил шестерых, даже не забрызгав кровью полуночно-черную кожу летной униформы. Сапоги упали у моих ног, а плащ лег на подлокотник кресла в углу.
Я с трудом могла вдохнуть – но можно ли признаваться ему в слабости?
Его теплые пальцы подняли мой подбородок, чтобы наши взгляды встретились. Стоп… это что, примесь паники в его глазах?
– Ты дышишь с трудом, вот я и подумал…
– Ребра, – сказала я раньше, чем он договорил. С ним скрывать боль не выйдет. – Тот, что у кровати, ударил по моим ребрам мечом, но, думаю, это просто ушиб.
Я ведь не слышала характерного хруста сломанных костей.
– Видимо, меч тупой, – он выгнул темную бровь. – Или это как-то связано с тем, что ты спишь в кожаном жилете.
«
«Это не так-то просто».
«
– Это драконья чешуя. – Я подняла правую руку и чуть повернулась, чтобы он увидел зияющую прореху в моей ночнушке. – Его для меня сделала Мира. Вот почему я еще жива.
Он посмотрел на мой бок, потом на свои руки, потом кивнул.
– Хитро, хотя я бы сказал, ты жива по множеству причин. – Не успела я возразить, как он уже перевел взгляд на мое горло и прищурился при виде, как я могла представить себе, фиолетового отпечатка руки. – Надо было убивать его помедленнее.
– Я в порядке, – соврала я.
Он снова посмотрел мне прямо в глаза.
– Никогда мне не ври, – с напором процедил он сквозь зубы, и я просто не могла не кивнуть.
– Больно, – призналась я.
– Дай посмотреть.
Я дважды открыла и закрыла рот.
– Это просьба или приказ?
– Сама выбирай, главное – покажи, сломала эта мразь тебе ребра или нет.
Его руки сжались в кулаки.
Вошло еще двое мужчин. Сразу за ними – Гаррик и Боди. Все… одеты. В полном обмундировании – я взглянула на часы – в два ночи.
– Забирайте этих двоих, а мы – оставшихся, – распорядился Гаррик, и остальные подчинились, унося последние тела.
Я не могла не заметить, что у всех по рукам змеились метки восстания, но язык держала при себе.
– Спасибо, – сказал Ксейден, потом взмахнул рукой – и моя дверь захлопнулась с тихим щелчком. – А теперь показывай ребра. Хватит тратить время.
Я сглотнула, кивнула. В самом деле, лучше сразу узнать, есть перелом или нет. Я повернулась спиной, но все равно видела его лицо в ростовом зеркале, скидывая мешковатые рукава ночнушки и придерживая ткань над грудью, пока сзади она не сползла до талии.
– Там надо…
– Я знаю, как обращаться с корсетом.
Его челюсть напряглась, на лице промелькнуло что-то, напомнившее мне дикий голод, но он подавил его и убрал мне волосы на плечо с удивительной мягкостью.
Его пальцы коснулись моей голой кожи – и я с трудом скрыла дрожь, заставила мышцы застыть, чтобы не выгнуться от его прикосновения.
Какого хрена со мной творится? Еще запах крови не выветрился, а я уже с трудом дышу совсем по другой причине, пока он быстро расправляется со шнуровкой, начав снизу. И он не врал. Он точно знал, что делать с корсетом.
– И как ты влезаешь в эту штуковину каждое утро? – спросил он, сглотнув, пока моя спина обнажалась дюйм за дюймом.
– Я необычайно гибкая. Отсюда моя фишка с вывихом суставов, – ответила я через плечо.
Наши глаза в отражении встретились, и у меня в животе вспорхнуло что-то теплое. Мгновение прошло так же быстро, как началось, и он раскрыл корсет, изучая мой правый бок. Ласковые пальцы погладили побитые ребра, аккуратно надавили.
– Громадный синяк, но вроде без перелома.
– Так я и думала. Спасибо, что проверил. – Должно было быть неловко, но почему-то не было, даже когда он зашнуровывал корсет обратно.
– Жить будешь. Повернись.
Я повернулась, натянув ночнушку обратно на плечи, и он вдруг опустился передо мной на колени.
