– Лейтенант Сорренгейл, – ответила Мира. – Ты все просрешь, Даин. Я же знаю, как ты хочешь его должность в следующем году. – Она ткнула пальцем в сторону Ксейдена. – Не забывай, что мы росли вместе. А теперь ты все просрешь – и из-за чего? Злишься, что Вайолет связалась с возлюбленным драконом его драконицы?
Меня бросило в жар. Она всегда говорила прямо, но сейчас… блин.
– Да он худший вариант для нее! – огрызнулся Даин.
– О, тут спорить не буду. – Она нависла над ним. – Но с выбором драконов никто и ничего поделать не может. Они плевать хотели на мнение людишек, да? А вот то, что происходит между вами… – ее палец переместился от Даина ко мне, – похоронит ваш отряд. Если я это успела рассмотреть за четыре дня, то начальство и подавно в курсе. И драконы. И если бы я знала, что ты так упрешься рогом из-за того, на что она вообще повлиять не может, никогда бы не посоветовала ей найти тебя за той стеной. – Она вперилась в меня, потом в него. – Вы лучшие друзья с пяти лет. Уж разберитесь как-нибудь.
Даин так напрягся, что казалось, еще немного и он просто пойдет трещинами, но все же пересилил себя, посмотрел на меня и кивнул.
Как и я.
– Хорошо, теперь возвращайся к остальным, – она показала головой на дверь, и Даин ушел, пройдя сквозь ее щит. – Теперь ты. – Она спустилась на две ступеньки и пронзила Ксейдена взглядом. – Чего ей ждать в следующем году?
– Что Аэтос будет вести себя как сволочь? – спросил Ксейден, даже не дрогнув. – Наверняка.
Мира прищурилась.
– Парные драконы неспроста обычно выбирают всадников одного года. Ты же не рассчитываешь, что твое крыло или ее инструкторы разрешат вам обоим улетать каждые три дня.
– Это же не я придумал, – он пожал плечами.
– А что нам делать? Поставить условия гигантским огнедышащим драконам? – спросила я сестру.
– Да! – воскликнула она, развернувшись ко мне. – Потому что так жить нельзя, Вайолет. Это ты пропустишь нужное тебе обучение, потому что сейчас из вас двоих он сильнее. Но если ты не сосредоточишься на учебе, так и будет всегда. Ты никогда не станешь той, кем тебя может сделать Тэйрн. Этого ты хочешь, Риорсон?
– Мира, – прошептала я, качая головой. – Ты в нем ошибаешься.
– Слушай меня, – она взяла меня за плечи. – Может, он и управляет тенями, Вайолет, но если ты под него прогнешься, то и сама ею станешь.
– Этого не будет, – пообещала я.
– Еще как будет, пока решает он, – она стрельнула глазами через мое плечо. – Убить – это не единственный способ расправиться с человеком. Не дать раскрыть твой потенциал – прекрасное возмездие нашей матери. Хорошенько задумайся. Насколько ты его действительно знаешь?
Я втянула воздух сквозь зубы. Я доверяла Ксейдену. Ну, или думала, что доверяю. Но Мира права: есть бесконечное число способов уничтожить человека, не лишая его жизни.
– Так я и думала. – Выражение ее взгляда было хуже гнева. Это была жалость. – Ты хоть знаешь, за что он так ненавидит нашу мать? Почему детей вроде него отправили на…
– Я вообще-то здесь, – перебил Ксейден, вставая на одну ступеньку со мной. – Если ты вдруг не заметила.
– Тебя не заметишь, – огрызнулась она.
– Ты не слушаешь, – он понизил голос. – Я. Здесь. Тэйрн не утащил ее обратно в Басгиат. Не пробил ее щиты, чтобы захлестнуть своими чувствами. Не потребовал пересечь все сраное королевство. Твоя сестра на месте. Это я покинул
– А в следующем году? Когда ты станешь лейтенантом? Тогда она пропустит до хрена? – спросила Мира.
– Мы что-нибудь придумаем. – Я сжала ее ладонь. – Мира, он каждую свободную минуту тренировал меня на матах для вызовов или брал в полет, чтобы я наконец научилась держаться в седле без помощи магии. Он…
Она вздрогнула:
– Ты не держишься в седле?
– Да, – еле слышно прошептала я, и жар стыда обжег щеки.
– Как это ты не держишься в седле? – у нее отпала челюсть.
– Да потому что я не ты! – крикнула я.
Она отшатнулась, словно я дала ей пощечину, и наши руки рассоединились.
– Но ты… ты же теперь намного сильнее.
– Это мои суставы и мышцы намного сильнее, потому что Имоджен заставляет меня тягать жуткий вес, но это еще… не исправляет меня.
Мира побелела:
– Нет. Я же не в этом смысле, Ви. В тебе ничего и не надо исправлять. Я просто не знала, что ты не держишься в седле. Почему ты не сказала?
– Потому что ты тут ничем помочь не можешь, – я сухо улыбнулась. – Никто не может изменить то, какая я есть.
Между нами растянулась долгая неловкая пауза. Как бы мы ни были близки, очень во многом мы не были похожи.
– Она уже справляется лучше, – нарушил молчание Ксейден спокойным и ровным голосом. – Первые недели были… катастрофически ужасными.
– Эй, он ловил меня раньше, чем я падала на землю, – возразила я.
– Едва успевал, – проворчал Ксейден и повернулся к Мире. – Можешь мне не доверять…
