Четвертое крыло полностью

Тут я почувствовала покалывание в коже головы и поняла, что если повернусь, то увижу Ксейдена, наблюдающего за нами. То есть за мной. Но я решила не оглядываться, чтобы лишний раз не доставлять ему такого удовольствия. Он не сказал мне ни слова со времени Молотьбы. Это не значит, что я осталась одна, – о, теперь я никогда не бывала одна. Когда я шла по коридору или вечером направлялась в спортзал, рядом всегда был кто-то из старшекурсников.

И почему-то у всех моих спутников была метка восстания.

– Мне больше нравятся утренние тренировки, – сказала Рианнон с кислым лицом. – После завтрака и обеда все проходит гораздо хуже.

– Согласна, – сообщила я с набитым ртом.

– Доедай индейку, – приказала Имоджен. – Увидимся вечером.

Она и Квинн подхватили свои подносы и понесли их обратно к окну раздачи.

– Она становится хоть чуть-чуть добрее, когда тренирует тебя? – спросила Рианнон.

– Нет. Но она эффективна.

Пока я доедала индейку, столовая почти совсем опустела, и все мы понесли подносы к буфету.

– Как выглядит профессор Карр? – спросила я Сойера, ставя поднос на стопку его собратьев.

Этот профессор – один из тех, с кем я еще не встречалась, поскольку у меня еще не проявилась печать.

– Дичайше страшно, – ответил Сойер. – Не могу дождаться, когда весь курс начнет посещать уроки владения силой, чтобы все могли насладиться его особым методом обучения.

Мы прошли через общий зал, ротонду и внутренний двор, застегивая пальто. Ноябрь принес с собой порывистый ветер и иней на траве по утрам, и первый снег был уже не за горами.

– Я знал, что это сработает! – впереди нас Джек Барлоу на ходу ласково трепал по волосам какую-то девушку, обхватив ее за шею рукой.

– Разве это не Кэролайн Эштон? – спросила Рианнон, приоткрыв рот от удивления.

Тем временем Кэролайн чуть ли не в обнимку с Джеком повернули к учебному корпусу.

– Да. – Ридок явно напрягся. – Она связала себя с Гленном сегодня утром.

– А разве он уже не был связан? – Рианнон смотрела им вслед, пока они не исчезли в дверях.

– Его всадник погиб на нашем первом уроке. – Я сосредоточилась на воротах впереди, которые вели к летному полю.

– Так что, полагаю, у бездраконных все еще есть шанс, которого они так жаждут, – пробормотала Рианнон.

– Да. – Сойер кивнул, и лицо его напряглось. – У них он есть.

* * *

«За весь полет ты упала всего около дюжины раз», – заметил Тэйрн, когда мы приземлились на летном поле.

«Не могу понять, комплимент это или нет».

Я сделала глубокий вдох и попыталась успокоить колотящееся сердце.

«Воспринимай как хочешь».

Я мысленно закатила глаза и съехала вниз, когда дракон опустил плечо, чтобы я могла спуститься. Это движение стало настолько отработанным, что я уже даже не замечала, что другие всадники способны спрыгнуть на землю или спуститься надлежащим образом.

«Кроме того, ты мог бы летать… попроще, знаешь ли».

«О, я знаю».

«Это же не я ввожу нас в спирали с крутыми поворотами, пока Каори учит простым кругам».

Мои ноги коснулись земли, и я изогнула бровь, оглянувшись на Тэйрна.

«Я готовлю тебя к битве. А он учит дешевым трюкам». – Он зыркнул на меня золотым глазом и отвел взгляд.

«Как ты думаешь, мы сможем уговорить Андарну присоединиться к нам на следующей неделе? Просто для того, чтобы полетать вместе?»

Я проводила все те проверки, которым нас учил Каори, тщательно высматривая любой мусор, который мог застрять между длинными когтями Тэйрна или между твердыми чешуйками его подбрюшья.

«Я не настолько глуп, чтобы не заметить, что у меня в когтях что-то застряло. И я не стану просить Андарну присоединиться к нам, пока она сама не захочет. Она не сможет поддерживать скорость, и это только привлечет ненужное внимание».

«Я никогда ее не вижу, – откровенно говоря, я просто ныла. – А то я всегда провожу время только с твоей сварливой задницей».

«Я всегда здесь», – ответила Андарна, но нигде поблизости не было видно золотого блеска чешуи.

Скорее всего, она, как обычно, находилась в Долине, но по крайней мере там она была под защитой.

«Эта сварливая задница только что поймала тебя дюжину раз, Серебристая».

«Мог бы называть меня Вайолет, знаешь ли».

Я не торопясь изучала каждый ряд его чешуек. Одна из самых больших опасностей для драконов – это всякая мелочь, которую они не могут удалить и которые проникают между чешуйками, вызывая инфекцию.

«Я знаю, – повторил он. – Еще я мог бы назвать тебя Вайоленс, как командир крыла».

«Ты бы не посмел. – Я прищурилась, продвигаясь вперед вдоль драконьего тела, туда, где вздымалась огромная грудь. – И ты знаешь, как сильно этот засранец меня раздражает».