Принц улыбнулся глазами - разговор проходил так, как ему хотелось. Так, как он не мог бы поговорить больше ни с одним другим человеком чужого себе мира. Гилл поднял руку, поколдовал над браслетом и создал на маленьком экранчике между ними рисунок: облаченная в красный плащ фигура человека тянет напряженные руки к солнечному диску.
- Это, - опять цитирую, - "Интиль - затомис Инкской метакультуры, гибель которой в Энрофе, как ни странно, спасла мир от большой опасности". Я показал тебе эмблему Интиля.
Он пояснил значение слов из некогда модной книги Даниила Андреева.
- Что означает корона на голове человека в красном? - спросил принц.
- Знак священства, избранности. А красный цвет в одежде - признак царской власти.
- А разве не случается так, что малая частичка правды в большой путанице не делает эту путаницу сколь-нибудь более ясной? Но Инки чисты и внешне, мы не одеваем одну и ту же одежду два раза, не используем дважды постельное белье... В наших банях также струится и холодная, и горячая вода, стоят кувшины из чистого золота и серебра... Разве мы могли допустить, чтобы в наши бассейны попала хоть капля грязи? Это мы передали миру хинин и лекарственно-наркотические клизмы, методы трепанации черепа, и еще... Мне показывали мумии египетских фараонов... Их технология не сохраняет ни жизни, ни красоты. Мы умеем продлить и то, и другое. Почему же вы восхищаетесь не знавшими единого творца египтянами, но забыли инков? Один гражданин Гилл стремится понять и реконструировать... Гражданину Гиллу будет воздано!
Гилл осознал, что принца охватывает экстаз, подобный религиозному. Часть вдохновения передалась и ему, вызвав непонятную ассоциативную цепочку: Гарвей - Вира-Коча - Вайна-Капак. Цепочка сложилась в колечко и, - оно закружилось. Требовалось устранить заклинившую мысль. За ними наблюдает все человечество.
- Расскажи мне о бальзамировании. Я почти понимаю, зачем тебе нужен...
Инка поднес левую ладонь к глазам, подержал ее так несколько секунд. Этого хватило, чтобы прояснить сознание.
- Мы сохраняем все тело, до последней молекулы, до волоска. Не только мышцы, но и глаза, прикрытые от действия времени тончайшим золотом, готовы к
. Будем использовать твои термины, хорошо? В мумии нет воды, но есть застывший раствор, который при регенерации станет кровью и потечет в жилах, заставит биться сердце... Твои соплеменники подготовили все необходимое, и ты своими руками сделаешь то, что я тебе расскажу. Сценарий... Мой рассказ должен услышать один ты, и никто больше, даже ваш многоуважаемый Хромотрон. Ты сможешь сделать так, чтобы он не видел твоих действий? И меня?
По интонации в слове "многоуважаемый" Гилл уяснил, что принц разделяет его отношение к "вездесущему", который молчал, застигнутый врасплох вмешательством в дела людей суши морского владыки. И так же принц не доверяет королям сего мира, избираемым из чемпионов и лучших профессионалов. Дизайнеров, инженеров, кухарок... А отключить Хромотрон - в человеческих силах, если эти силы не принадлежат без остатка выборным королям и мозгу из мороженой ртути и плазмы.
- Когда я ухожу в Реконструкцию, мое личное время сминается, - Гилл не был готов к такому разговору и предстоящей церемонии оживления; и теперь размышлял вслух, пытаясь использовать оставшиеся минуты для настройки, - Мое время лишается привычного ритма: то сжимается, то растягивается, то рвется... Во мне сталкиваются и боль, и радость, и твердость духа, и сомнение...
- Твой народ патологически трезв, каждого можно легко просчитать до любой цифры после запятой. Такие как ты - редкость. Но это не похвала. Ты понимаешь язык своей собаки?
Гилл вспомнил сомнения Кадма.
- Я, скорее, угадываю... Звуки Дымка, - рык, стон, визг, - иногда переводятся целым предложением, набором слов. Емкая, сжатая речь. Если кратко, - Дымок говорит иероглифами.
- У нас язык животных понимают только Инки королевской крови. Мне предстоит научиться. А ваш Хромотрон, - вы уверены, что он для вас плюс?
- Трехмерные голограммы научились делать почти через пятьсот лет после вас. Основы континуальной технологии появились еще через лет сто. Люди стали использовать в голографии временную координату. Пошло движение, изменение изображений. Стало возможным хранить в голограммах переменную информацию. А Хромотрон - овеществленная четырехмерная голограмма, рассредоточенная по всей планете. С его участием мы способны воссоздать объект любой сложности. И добиться внутренней, вещной плотности воспроизводимого объекта в некоторых пределах. Наш мир - это мир материализованных фантомов, осязаемых миражей. И, кроме того, конечно, - хранение, обработка и движение информации, управление технологическими процессами.
