Попасть в Годар – центр Железной империи, с севера можно было лишь одной дорогой, и она пересекала степи. Араваль оказался в безвыходной ситуации. В империи не очень-то любили чужаков. Народы редко нарушали границы. Оставалась надежда вступить в наемный отряд, в них еще не брезговали северянами. Все лучше, чем сгинуть в болотах. Путь домой был отрезан жнецами. Да и долго ли у него будет дом? Армия горцев разбита. Трусливый вождь бежал.
"Нужно перевести дух и немного поспать", – подумал обессиленный Араваль. Его отекшие ноги гудели, и он замедлил шаг, тяжело ступая по мягкой почве. Болотный смрад уже порядком осточертел, но до степей оставалось еще пол дня пути.
– Неплохое место для ночлега. – произнес он тихо.
Горец неспешно завалился на спину у ближайшего кустарника, промыл остатками воды из фляги раны и сделал свежую перевязку из обрывков своей одежды. После уставился на звездное небо и не заметил, как нырнул с головой в мир тревожных сновидений.
Вот он, великий Араваль возвращается домой. Весь Крайлен выходит к нему навстречу. Они живы. Он спас всех. Дома не горят, а дети не плачут по своим отцам и матерям. Но почему не идет его любимый снег? На севере снег идет всегда, иногда даже в теплые летние дни. Вместо хлопьев с неба капает вода, отблескивая в лунном свете алым свечением.
– Дождь, черт возьми, или вино льют на меня творцы? – негодовал Араваль.
Сомнения, перерастающие в ужас, захватили его сердце, переползли к желудку и вызвали спазмы и рвоту. Кровь жертв горского вождя, павших в жарком бою или тех, кто все-таки погиб без его участия, но по злому умыслу врагов? Это была кровь тех, кого он не смог уберечь. Голова закружилась. Опять сверкнула молния и на перепонки надавил нарастающий шум на небесах, похожий на раскатистый гром. Еще миг и гром превратился в назойливый шелест.
Араваль проснулся. Еще не открыв глаза, он понял, что рядом кто-то есть. Шуршание приближалось. Один рывок и секира в руке, прыжок в сторону, в кусты, и он уже хищник, а не жертва.
"Ну что, поганый жнец, думал застать горца врасплох, пора лишить тебя твоей глупой башки", – одна мысль и сразу к действию.
Араваль ловко, подобно саблезубым кошкам, выследил жертву в высокой траве, мгновение и он услышал тяжелое сбивчивое дыхание. Одним рывком вперед Араваль оказался нос к носу перед врагом. Оружие взмыло сначала вверх, потом резко начало падение на череп бедняги, но в последний момент, силой массивных мышц предплечья, Араваль остановил удар и скосил высокий лист лопуха вместо головы. Пораженный Иад ахнул и плюхнулся на спину.
– Твою мать, если у тебя нет мозгов в голове, это еще не значит, что она совсем бесполезна! – выругался здоровяк. Перед ним, съежившись и дрожа, распластался на траве тот самый юноша, пленник жнецов.
"Как малец ушел от них? Может он и не так безнадежен, как выглядит".
– Вставай, дурачина, ты мне не враг. Сегодня ночью кровь не прольется. Как ты ушел от жнецов? Как выследил меня?
– Не помню… я не следил, просто шел, – Иад поднялся, прижимая ладонью рану на плече.
– Как твоя рука? – Араваль бросил взгляд на юношу и заметил еще одно багровое пятно на его бедре. – И нога?
– Все хорошо, идти могу.
– Тогда иди прочь. Здесь тебе делать нечего, – Араваль убрал секиру за спину и пошел обратно к месту своего ночлега.
– Меня зовут Иад! – бросил юноша в спину воину и с трудом направился следом, западая на одну ногу. – Ты мой должник, северянин! Идти мне некуда!
– Наглый малец, пускай даже должник и что с того? – рявкнул Араваль.
– Я помог тебе выбраться из плена, было бы честно, если бы ты помог мне выбраться из этих зловонных топей!
– Я уже помог. Иди своей дорогой.
– Один я здесь не выживу, – обреченно прошептал Иад.
– Да и со мной шансы не велики, – Араваль тяжело втянул воздух в легкие и выдохнул пар. – Что ж, ладно, только не мешайся.
– Я еще хотел… – обессиленный юноша плавно спустился вниз, теряя сознание и припал к земле с благодарной улыбкой, застывшей на посиневших устах.
"Дерьмо, он совсем еще ребенок".
Араваль подвинул тело Иада поближе к серому мешку, облокотив на него обмякшую голову юноши. Он аккуратно поправил его русые волосы, прилипшие к мокрому горячему лбу.
"Бросить мальца во второй раз будет жестоким поступком даже для меня".
Араваль достал из-за пазухи нож и сел разводить огонь, чтобы прижечь рану паренька, пока он не в сознании. Развести костер или просто сообщить свое местоположение врагу соколом? У северянина не было выбора, Иаду нужен огонь, да и он сам порядком замерз этой ночью, а желудок скручивало в воронку от голода уже не первые сутки. Раз рискуешь огнем, то можно и зажарить немного лягушатины. В топях этих земноводных можно было встретить на каждом шагу. Несмотря на грозный вид, Араваль был брезглив, и ладно кусок сырого мяса, но сырую жабу он осилить не мог, на костре – другое дело.
