— Так вот, напомню: кукушка — это птица, которая никогда не воспитывает своих детей. Откладывая яйца, она складывает их в гнездо к другим птицам. Вылупившейся птенец, со временем вытесняет из «дома» своих приёмных братьев и сестёр, а родители, вместо своих детей инстинктивно вскармливают чужака — кукушонка.
— Ты несёшь бред. Я сын своего отца.
— Верно. Ты происходишь из семьи приблуды.
Теперь Артём разозлился. Будь Глеб хоть трижды сыном семьи Ченковых, он не имел права оскорблять его семью. Артём не совсем ладил с отцом, но ещё у него была покойная мама, которую он любил и ценил, хоть и почти не помнил. Артём уже собирался привезти пьяного урода в чувства, как вдруг водитель сказал, что они почти приехали.
Поместье Ченковых не сильно отличалось от такого у Савельевых. То, что все пафосно называли дворцом или усадьбой, больше походило на цитадель, неприступную крепость. Высокие стальные стены с огневыми башнями, а внутренний участок патрулировался солдатами и боевыми дронами. Через окно автомобиля Артём заметил даже один БТР, что стоял у колонн в форме вставших на дыбы лошадей. Весь этот вид ничуть не удивил подростка. Владения Савельевых защищены точно также. Однако антураж был более однообразным и серым. У Ченковых те же огневые башни украшены гербами Рода, а над воротами замка свисал карниз, увенчанный фигурой двуглавого орла, отлитого из чистого золота. Величественное существо навечно застыло в пике, растопырив крылья. Две головы венчали царские короны, украшенные драгоценными камнями. Это существо было символом величия русского государства на протяжении всей истории. Начиная Рюриковичами и следовавшими за ними Романовыми, заканчивая эпохой Российской федерации и Ирия. Конечно, где-то между ними затерялся век социализма с красными звёздами и скрещенными серпом и молотом, но это время вычеркнуто из истории, как чёрное пятно.
Машина остановилась, Артём первый выскочил на свежий воздух, а Глеба вытащили подоспевшие слуги.
— Спасибо, что помог моему непутёвому братцу. — поблагодарил Вячеслав Ченков, когда они зашли внутрь. Артём ожидал услышать саркастический смешок Глеба, но тот наконец-то провалился в пьяный сон, распластавшись прямо на полу холла.
Глава Рода дружески похлопал Артёма по плечу и пожал руку, не обращая внимание на лежащего в беспамятстве родственника.
— Я сообщу твоему отцу. Можешь подождать в комнате для гостей. Чувствуй себя, как дома.
После этих слов Вячеслав наконец-то обратил внимание на спящего брата и брезгливо поморщившись приказал слугам отнести подростка в его комнату.
— И проветрите тут. — добавил Ченков — Воняет перегаром. Не хочу, чтобы мои жена и ребёнок это учуяли.
После провала штурма полицейского участка, Алексей Никитин потерял интерес к людям Ильина и всё внимание сосредоточил на зависших в небе, над участком дронов Валерии Долгорукой.
Недолгое облегчение победой в противоборстве с головорезами, сменилось новым чувством напряжения и ожидания неизбежного конца.
— Ну чего ты ждёшь? — вслух спросил Никитин, смотря прямо в объектив камеры летающего дрона — Больше веселья тебе не будет. Присылай свою гвардию и покончи с этим.
Ильин снова растерял свой недавний оптимизм. Который сначала сменился нетерпением, а затем неприкрытым гневом. В конце концов, «его благородие» снова потребовал телефон для звонка. Никитин не видел причины запрещать, при условии, что разговор будет происходить при нём.
Тогда-то Ильин и узнал о провале операции по своему освобождению. И посыпал проклятиями в адрес всех: полиции и своих некомпетентных слуг.
— Возьми двоих людей и смени караул у камеры Ильина. — сказал полковник Виталию Арджаеву, позже поймав того в коридоре — Я скоро присоединюсь и зачитаю приговор.
Майор побледнел, а лицо скривила усмешка. Витя испытывал странную смесь чувств. Страх и предвкушение одновременно. Он догадался.
— Алексей Григорьевич, вы наконец…
— Да. — подтвердил Никитин. Его голос был, как никогда твёрдым — Пора заканчивать эту криминальную драму.
— Алексей Григорьевич! — к нему подбежал молодой полицейский — Снаружи! Вы должны это видеть!
Он отвёл начальника в холл и даже предложил бинокль, но тот отказался. Полковник итак всё видел. Среди дронов Долгорукой появился ещё один. Гораздо больше размерами. Его линза источала красный свет. Никитин увидел, как у дрона под брюхом появилась ракета. Он наводился.
Алексей бросился назад и в сторону, попутно крича подчинённым, чтобы те искали укрытие. Над головой промелькнула железная стрела с огненным хвостом и мощный взрыв поглотил полицейский участок.
Входящий вызов застал князя Анненков-Барисеева врасплох. Он как раз ужинал и не ждал звонка, но рассмотрев на экране имя адресата, решил, что глупо игнорировать. Анненков-Барисеев отдал командный жест и рой микронидов заключил его в непроницаемую для чужих глаз и ушей, сферу. Напротив, стеклянного стола возникла голограмма Александра Волкова. Тот вальяжно развалился на такой же, как и он сам, полупрозрачной проекции кресла.
