Игорь смог поменять траекторию грузов, потому что был очень близко к стрелявшим. Груз не успел разогнаться до необходимой скорости.
— Ах ты! — Стоун предпринял попытку ударить Игоря прикладом по голове.
Одним лёгким отточенным движением Крастер отвёл выпад Стража немного правее, потом точно так же отработанно схватился и потянул руками, перебросив Стоуна через бедро, словно мешок с картошкой. Игорь не использовал ману. При всей хвалённой боевой подготовленности Стоуна и его невероятно высокой зарплате, он не смог оказать никакого сопротивления. Повалив, Игорь не стал добивать, ломанувшись к Кириллу
Второй охранник ранее отдал винтовку командующему. Он выхватил пистолет и направил его на Статика. Сидящие неподалёку гвардейцы повскакивали с мест, даже некоторые раненые не остались сидеть, все они очень уважали Игоря, и было за что. А конкретно тогда каждый полностью разделял стремление лидера поставить выскочек Розы на место. Солидарность гарантировала готовность Крастеров идти до конца, да и стычки со Стражами можно было больше не бояться. Завязался конфликт, но до приземления подкрепления Крастеров оставалось чуть-чуть, потому Кирилл поспешил всех угомонить:
— Спокойно, спокойно! — произнёс он, выставив руки и разведя противоборствующих в разные стороны. — Четвёртый, верни клиентов, — приказал в скрытое устройство связи, закрепленное на воротнике и около уха.
Тут же за беглецами выдвинулась вертушка, но Билли с товарищем давно успели скрыться из виду.
— Куда вы рветесь, по голове давно не получали? Руками он махает отлично, уж точно лучше вашего, — осудил действия телохранителей.
Стоун недовольно воспринял услышанное, но согласился, надув морду, с досадой и грустью разочарованно осматривая испачканную форму. Стоун не отмазывался, признал свой просчёт и опустил взгляд, однако запомнил, надеясь отыграться в будущем.
— Теперь и мне есть, о чем написать. Да, Игорёшь? — нагло улыбаясь, пригрозил Кирилл с истинным наслаждением, словно Крастер только что развязал ему руки. — Отразил превосходно, соглашусь. Признаться, не рассчитывал такого увидеть. Повезло тебе, друг, что твои уже рядом. Похоже, не так оно и хорошо, — пожаловался, рассматривая ружьё, а потом бросил его обратно владельцу. — Подождём плазменную версию… Но ты не забывайся, в следующий раз подумаю, стоит ли мне останавливать моих людей. Или спасать вас, как было в начале, — нахмурившись, закончил лейтенант Стражей. — Могли подождать, пока вас разложат…
На деле Кирилл знал о боевых умениях Игоря и высоком уровне контроля маны, то есть, сдержав охранников, Служитель заботился о них, а не наоборот. Крастер очень хорош в бою, один из лучших бойцов среди ведомств города.
— Прибудь вы вовремя, спасать нас необходимости не возникло бы, — встречно упрекнул Игорь, упомянув наиболее сильно задевающий его факт.
Крастер знал, что Стражи задержались специально, понимая, на чьей стороне тогда будет численный перевес. Они подставили гвардейцев сразу двумя действиями: ограничив количество участвующих в операции Крастеров на стадии планирования, а потом оставив их без поддержки. Прикуп прост: Кирилл сделал из гвардейцев приманку. Оставив их в меньшинстве, он соблазнил Иных развязать бой, подогрев ложную надежду победить и сбежать, а сам выжидал в сторонке. Теперь же были все основания не просто допросить подозреваемых, а выбить признание из фигурантов уголовного дела. Что и требовалось командиру Розы.
Их обмен намёками заставил меня задуматься, почему Орден и гвардия могли договориться о совместной операции, ещё и под управлением Москвы. Получалось, Стражи не пришли на сигнал о помощи, всё было оговорено заранее.
— Винтовочками местных снабжали. Без меня до вашей глуши перевооружение ещё бы лет пять доходило. Завидно? Вы и сами могли нас подождать, а не начинать в точное время. Тоже мне, пунктуальные… — разминая челюсть, странно кривя её, безразлично обвинил Кирилл.
— Не друзья твои, случаем, сбежали? — всматриваясь туда, где скрылись задержанные Иные, поинтересовался Стоун.
Прозвучало как намёк на информаторов среди банд, работавших на Игоря. Стоун разумом не блестел, он искренне не понимал, зачем бы ещё Крастер мог помешать стрелять по беглецам. Сострадания для Стоуна не существовало, как и морали, а Крастер и не думал объясняться, зная, что для собеседника его нравоучения останутся пустым звуком. Да и в целом, кроме антипатии он к Стражу ничего не испытывал, так зачем с ним вообще говорить.
Что до поступка Игоря, у него не было конкретного умысла, он и сам толком не определился, почему вмешался. Решил на моменте и чисто принципиально, не мог допустить ещё чьей-то гибели, вот только выбрал не лучший момент — побег. Стоило сделать нечто подобное на расправах.
— Хочу, чтобы ты мучился и помнил, что они видели твоё лицо и обязательно придут за тобой, мстить.
