Я так и сделал, исполнил всё в точности. Был и поезд. Всё было так, как случалось не один раз. Я покинул рельсы. Я смотрел поезду вслед. С сильным металлическим грохотом вдаль от меня направлялись жёлтые цистерны, коричневые вагоны, платформы. Я же уже трижды принял внутрь водки. И нужно сказать, что мне пока что было хорошо. Было хорошо до того момента, пока ни появился он, появился по той самой дороге из района Усть-Киргизки, в моем направлении, однозначно зная, где он сейчас может меня найти…
Я нервно достал из пачки сигарету. У меня уже сейчас тряслись руки. Всякое умиротворение пропало так, как будто его никогда и не было. Я видел его. Он был на расстоянии в каких-то тридцать метров, где дорога имела небольшой изгиб. Слева от него находилась окраина старого городского кладбища. Справа железная дорога, ближе столб с электричеством, для локомотивов на электрической тяге. И зачем в моей голове появилось это нелепое описание его местоположения, ведь оно было в точности таким же, как и то место, где был я. Только я сейчас стоял, жадно втягивая в себя отравленный дым, а он лежал на земле, по направлению ко мне вытянув свои передние лапы, вытащив на обозрение свой длинный язык, его пасть была приоткрыта, напоминая мне о белых мощных клыках. И да, он смотрел на меня. Но не это, а то, что было прямо перед ним.
Ледяным холодом сковало мои руки и ноги. Я не двигался с места. Не двигался и он. Не могла уже двигаться мертвая девочка, в школьной форме образца начала восьмидесятых годов прошлого века.
Даже на расстоянии я отлично видел, что он расправился с несчастным ребенком обычным для себя способом, — он просто разорвал девчонке горло. Он успел отгрызть у неё часть левой руки, что-то ещё. Мне тяжело было на это смотреть. Меня сильно мутило. Выпитая водка начала проситься обратно. Мне хотелось как можно скорее уйти. Но что-то мне не давало этого сделать: зачем он притащил тело сюда, как он это сделал, он может существовать отдельно от меня в настоящем времени.
Моя голова раскалилась от несоответствий и вопросов. Он же внимательно за мной наблюдал. Это была очень странная игра. Я не делал попытки ретироваться, и он оставался на прежнем месте. Так длилось примерно минут пять. Я устал стоять на ногах, я принял сидячее положение, заняв прежнее место. А он начал трапезу. Он открывал от тела куски, при этом он издавал крайне отвратительные звуки, так как будто кто-то собирался отнять у него его добычу. Он был самый натуральный зверь. Сейчас в этом времени, в этом обличии, он был хищный, дикий зверь, не имеющий в себе какой-то мистической, сложной изнанки. В нем не было ничего такого, что видел я до этого. Я хочу сказать, о той чудовищной смеси между собакой и человеком. Нет, сейчас этого не было.
Я подумал о том, что совсем неплохо было бы, чтобы появился поезд. Может он своим грохотом заставит его уйти прочь. Так мне думалось. Но произошло другое, куда как более неприятное и страшное.
Сначала я увидел стаю бродячих собак, которые двигались по дороге, двигались с той стороны, откуда появился он. Их было ровно шесть штук. Все они были довольно крупными по размеру. Конечно, их нельзя было сравнить с ним, но всё же, я отметил про себя данный факт. Сейчас моё состояние нужно было назвать шоковым. Теперь я не мог ручаться за то, что будет дальше. И все мои недавние выводы и предположения, насчёт меня и него устранились куда-то очень далеко. Я ведь уже имел знакомство со стаей бродячих псов. Не важно было, что этот эпизод остался для меня во многом неопределенным. Потому что в этот момент всё было очень уж даже определенным.
А он никак не реагировал на их появление. Возможно было бы предположить, что он не знал о их приближении, ведь они двигались позади него, а свою звериную морду он не поворачивал в обратном направлении. Только я отлично знал, что это аргумент слабый. Ему не нужно было поворачивать голову, он отлично различал их по запаху.
Собаки сравнялись с ним. И слава богу дальше они не двинулись. Они расположились прямо на дороге. Каждый из них, без всякого исключения, смотрел на меня. А он продолжал пожирать мертвого ребенка.
Прошло ещё несколько минут. Я услышал шум, кто-то двигался сюда, делал это с помощью тропинки, ведущей через кладбище. Собаки подняли головы, навострили уши. Их хозяин оторвался от своей жертвы. Он перевел свой взгляд на место предполагаемого появления человека. Я увидел контур, затем голову, а спустя пару секунд появился человек. Это был мужчина, примерно моих лет, он был неопрятно одет, он был в меру пьян, его немножко заносило из стороны в сторону. В правой руке у него имелась початая бутылка с водкой. Ещё он что-то напевал себе под нос.
— Нет, назад! Сюда нельзя! — что было сил закричал я, вскочив на ноги.