Ощущение были ещё те. Сказать, что погано, то значит ничего не сказать. Преступник или даже группа преступников (сейчас именно это настойчиво вертелось в голове Кречетова) оставили милицию с носом. Ушли в последний момент, тогда, когда как казалось этого сделать было невозможно. Нужно было что-то делать с этими подвалами. Закрыть их наглухо. Пусть жители вытаскивают оттуда все жизненно необходимое. Но разве это что-то даст? Ведь эти подвалы, как стало ясно, не единственная точка, где возможны убийства, ведь эта собака, этот её хозяин, они будут убивать и в других местах. А эти проклятые подвалы — это действительно что-то вроде логова, ритуальное, сакральное место для этих тварей. Данное сейчас тоже не подлежит сомнению. Тем более, что есть какой-то сторонний ход. Если всё наглухо закрыть, то этим только поможешь преступнику или преступникам, этой невероятной, ужасной собаке.
Неприязненно думал Кречетов. Сигарета тряслась в его руке и нервными отрывистыми были затяжки.
— Подземные ходы засыпать нельзя, пока мы не найдем этот ход на сторону — сказал он, обратившись к Петру Васильевичу, но того не оказалось рядом.
— Где он? — спросил Кречетов, на этот раз обратившись к Олегу Андреевичу.
Тело девочки поместили в специальный мешок, который нужно было погрузить в машину без лишних свидетелей. Которых сейчас имелось не так много, но они были. Им это ни к чему, в их дворе никого не убили. А что здесь было, то пусть составляют свои многочисленные предположения — это сейчас не имеет никакого значения.
— Что у тебя? — закурив следующую сигарету от предыдущей, спросил Кречетов у Олега Андреевича.
— Что, что, как бы это. Девочка убита, умерла в следствии того, что на неё напало крупное хищное животное — это не подлежит никакому сомнению. А вот всё остальное, здесь ты и без меня знаешь, или ничего тебе, как и мне, на эту тему неизвестно — ответил Олег Андреевич.
— По домам расходимся, уже ночь, нечего собираться в такое время — разгонял людей молодой лейтенант.
— Ты скажи, убили кого здесь опять? Не молчи а, мил человек — спрашивала у лейтенанта объемная тётенька.
— Никого здесь не убили. Давайте по домам. Без лишних разговоров.
— Вы пытались поймать того маньяка, который Нину убил? — спрашивала ещё одна неравнодушная к происходящему тетка.
— Пусть будет так. Только я в последний раз предупреждаю, а то поедете с нами в отделение, места в обезьяниках у нас хватит — продолжал лейтенант, он с трудом сдерживался, чтобы не перейти на крик.
— Не поймали, нет его — многозначительно произнес мужик средних лет, который сумел быстро провести логическую цепочку: все машины на месте, никого не посадили в так называемый обезьяник, никого не отвезли отдельным образом, а значит ничего не вышло.
— Давайте по домам! — всё же выкрикнул лейтенант, жестом подозвал к себе ещё двоих милиционеров.
После этого местные жители крайне неохотно, но всё же отправились по домам.
Одну из машин подогнали к самому крыльцу, насколько это было возможно. Быстро погрузили в автомобиль то, что осталось от несчастной девочки Нади.
Петр Васильевич позвонил в дверь квартиры Андрея несколько раз. Затем ему пришлось ждать примерно минуты три. Только после этого дверь отворилась. Перед следователем предстал Александр Петрович, который имел явно заспанный вид.
— Доброй ночи, я извиняюсь, но дело серьезное, и мне нужно узнать прямо сейчас — произнес Петр Васильевич.
Его внешний вид был не очень респектабельный. Говорил он так же с присутствием некой импульсивности.
— Здравствуйте, конечно, только я не совсем понимаю — проговорил Александр Петрович.
— Скажите, Андрей сейчас дома?
— Конечно, вы что говорите, на дворе поздно Он спит — ответил Александр Петрович.
— Если можно, то разбудите его. Я хочу убедиться, посмотреть на него — жёстко попросил следователь.
— Да, я сейчас. Только всё же объясните нам, что происходит?
— Долго это, серьезные следственные мероприятия, очень серьезные. В подвалах только что был убийца.
— Ясно, я сейчас, пройдите внутрь, что на пороге стоять.
Петр Васильевич оказался в квартире. А через минуту появился Андрей, который так же как и его папа выглядел засыпанным, и не было никакого сомнения в том, что мальчик только что спал, спал крепким сном, присущим ребятам его возраста.
— Здравствуй — обратился следователь к Андрею.
— Здравствуйте — проговорил Андрей.
— Ты крепко спал?
— Да, я нормально спал.
— Скажи мне, у меня всего несколько минут, что ты видел во сне? — спросил Петр Васильевич, а Александр Петрович смотрел на следователя со значительным удивлением.
Поднялась Ольга Васильевна. Она пока что совсем ничего не понимала: зачем милиционер спрашивает Андрея о том, что он видел во сне. Выглядело данное довольно странно.
— Ничего, я не помню — ответил Андрей.
— Собака, черная большая собака — произнес Петр Васильевич.
— Нет, её не было — ответил Андрей.
— Ты уверен? — спросил следователь, его голос в этот момент несколько изменился, стал тише и как бы доверительнее, потому что Петр Васильевич ощутил, что и голос Андрея изменился, когда он упомянул про собаку.