Напрямую, до увиденного отблеска, по расчетам, около двух километров. Это в степи, в хорошую сухую погоду можно увидеть отблеск фар и за десять километров, а здесь тайга, дождь и горы, два километра наверное предел видимости, даже если и смотришь с высоты. Звук же глушат и отражают горы и деревья, поэтому звука и не слышно. Но два километра по прямой, это все 4-5 километров по гористой ночной тайге, где сбиться ночью в дождь, пара пустяков. Ждать утра или идти в эту кромешную жуть. Эти мысли сверлили в моей голове несколько минут.
Конечно, можно залезть под мохнатую шубу ближайшей елки, разжечь костерок, поужинать, обсушиться и с рассветом отправиться в путь. Или шагать в ночь, под дождем, в кромешной тьме, в мокрой одежде по скользкому бездорожью, где любая ветка так и норовит выколоть глаза. Да и маршрут выдержать непросто. Поскользнулся, упал, встал, куда идти, где направление. Только интуиция и спасает в таких ситуациях.
Взвесив все за и против, опять решил рискнуть. Для здорового, жилистого почти девятнадцатилетнего парня, это хорошее, не смертельное испытание. Людей в тайге в такую погоду нет, сытое зверье спряталось от дождя, далеко слышит и убежит, при виде такого страшного горбатого приведения с пикой в руках, с топором за поясом и высоким конусом на голове. Пропастей здесь не должно быть, а попадется болото или возникнут другие неодолимые трудности, всегда можно остановиться, разжечь костер и переждать до утра.
Немного отдохнул, подкрепился хлебом, двумя кусочками рафинада и полизав мокрые листья, в углублениях в которых скопилась безвкусная вода, неспешно, осторожно двинулся в путь. Маршрут сверял по движению едва видимых облаков и ветру. Шел одиннадцатый час ночи, для конца сентября, это время самой колючей темени.
Пробирался почти на ощупь, медленно обходя завалы и болотистые места, часто останавливаясь и прислушиваясь, вдруг появится шум автомобильного мотора. Но было темно, сыро и только шелест капель дождя о листья тревожил ночное спокойствие таежного мира, да еще шум шагов и удары копья ночного дикаря-одиночки, придирающегося сквозь заросли. И если бы кто-то встретил меня в тот момент - плохо бы спал несколько месяцев, настолько был страшен это, не похожее на человека, приведение. Конечно, больше всего опасался пьяных охотников.
Пальнут со страха и нет человека. Но сколько иду, даже у речки не встречал следов человека, хотя и видел давние кострища. А следы давно размыли дожди и росы.
Шел и чувствовал в себе силу, что я могу, что я преодолел себя, что мне многое по плечу. Шел и шел, то насвистывая, то напевая знакомые бесконечные туристские песни, подбадривая себя и отпугивая невидимое зверье. Все больше приходила очевидная мысль, что заблудился, что пора становиться на ночлег под мохнатой елкой. Одежда промокла уже до пояса и постепенно натирала движущиеся части тела. Еще несколько часов такой ходьбы и появится первая кровь, а до этого нельзя допускать.
Вдруг почувствовал ногами, что попал в длинное углубление. Зажег свиток сухой бересты, что хранил, в кармане штормовки, на всякий случай. Ураа! Действительно это была старая, заросшая травой лесовозная колея. Только в какую сторону идти, где она идет в лес, а какое направление на шоссейку. Поди узнай! Поставил знак в виде пирамиды из сучьев, с направлением движения и пошел, как бы в сторону юга. Если через час не выйду на шоссе, значит надо идти в обратную сторону. Отдохнул у костерка, подсушился и не спеша пошел в выбранном направлении. Через час заметил, что колея расширилась, стала свежее, значит «Правильной дорогой идете товарищи!», как говаривал вождь пролетариата Ленин, хотя и завел страну в разруху и войну. Но здесь я угадал верное направление и через пару часов был на дороге. Мои мучения кончились, я преодолел страх и тьму.
Тихий дождь мелкой сеткой, монотонно ткал лужи, кромешная черно-серая темень скрадывала силуэты ближайших деревьев и, даже стоя на дороге, можно о ней было только догадываться. Далее трех метров в любую сторону она не просматривалась. Рассчитав, что раньше утра, вряд ли удастся найти попутку, разжег под громадной сосной у дороги хороший костер, собрал с широких листьев воду и заварил чай. Почистил одежду и умылся, чтобы не напугать своим дикарским небритым видом водителей. Всю одежду снял и разложил сушиться на ветках над костром, сам же переоделся в сухие шерстяные носки и в трусах и майке, крутясь у огня, в очередной раз то ли поужинал, то ли позавтракал остатками еды из НЗ. Лучше ждать сытым, да и зачем теперь НЗ. На попутке до Братска меньше получаса хорошей езды. Это пешком по бездорожью, крутить по завалам и сопкам полдня, а у машины мотор и колеса, жми на газ и крути баранку и нет проблем даже в осенний дождь. Подсушившись, напялил всю одежду на себя, нагреб сухой хвои и лапника устроил лежанку. Перекурил и укрывшись куском полиэтилена, через полчаса спал мертвецким сном у костра, возле шоссейки.
