В то же время ухудшались и отношения населения к великороссийским ратным людям, всячески утеснявшим его. «Не так страшны запорожцы и татары, — писал Мазепа в Москву, — страшнее нам малороссийский народ: весь он своевольным духом дышит; никто не хочет быть под тою властью, под которой пребывает». Когда началась война со Швецией, царь стал требовать постоянной высылки казаков на север государства. «И казаки и поселяне, — писал опять Мазепа, — все злобятся на меня, все кричат в одно: пропадать нам до конца и сгубят нас москали. У всех одна мысль — уходить за Днепр, и может произойти внезапное зло». А между тем на правой стороне Днепра, в польской Украине, снова загорелась открытая борьба между польскими панами и местным населением. Жители левого берега бежали за Днепр, чтобы принять участие в борьбе с извечным врагом всего украинского народа. Московское правительство не могло на этот раз поощрять борьбы украинцев с Польшей, так как рассчитывало на союз с ней в войне с общим врагом, шведским королем. С 1704 года царь перестал брать казаков на север, а поручил гетману вести их на помощь польскому королю Августу против тех же шведов. Дружеские отношения между гетманом и царем не нарушались, несмотря на повторяющиеся доносы на Мазепу. Они часто обменивались подарками. Мазепа присылал Петру дичь, лосей и серн своей охоты или дуль, яблок и вишен из малороссийских садов. Царь отплачивал живой рыбой из Ладожского озера или Невы, на берегах которой, в завоеванной у шведов Ингерманландии, вырастала в то время новая столица России.
Между тем успехи короля шведского Карла XII в Польше заставили Петра опасаться за Украину и подумывать об укреплении Киева. В августе 1706 года пушечная пальба в древнем кремле возвестила жителям Киева о прибытии царя. В Софийском соборе царя приветствовал Феофан Прокопович, которого он впоследствии приблизил к себе. Осмотрев собор, царь посетил митрополита Валаама и в тот же день обошел все пещеры. Гетман получил приказание тоже явиться в Киев с казаками. Старая киевская крепость была найдена Петром неудовлетворительной для военных действий. Он тотчас же решил строить новую около Печерского монастыря. Определив ее размеры, он собственноручно заложил ее в день Успения Богородицы, при многолюдном и торжественном собрании духовенства, администрации и жителей. Строить крепость должны были казаки, под наблюдением Мазепы и московских надсмотрщиков. Последние крайне грубо обращались с казаками и возбуждали их ненависть своей жестокостью. Казаки должны были работать во всякую погоду, без отдыха и подвергаться еще побоям. Осенью, по царскому указу, Мазепа отпустил свое войско с земляных работ. Казаки, по его донесению, стали и босы, и голы, и голодны, так как работали пять месяцев на своем продовольствии. Но с весны 1707 года снова спешили казаки всех гетманским полков на окончание киевской «фортеции».
Между тем Карл XII еще в 1704 году добился того, что приверженная ему партия поляков провозгласила королем незнатного пана Станислава Лещинского на место ненавистного ему Августа Саксонского. Большинство, однако, оставалось на стороне Августа и заключило союз с Петром, который двинул большое войско в Литву и в Гродне передал его Августу. Но когда в 1706 году в Гродно пришел Карл со шведами, Август скрылся, бросив войско. Затем он прислал отречение от престола и признал королем Лещинского. Это было тяжелое время для русских. Петр боялся потерять все свои завоевания на Балтийском море, а молодой шведский король прославлялся всюду героем, победителем. В то время, когда Петр закладывал новую крепость в Киеве, разнесся слух, что Карл направляет свои победоносные войска в Украину.
