Четыре столицы Древней Руси полностью

Так шла борьба с переменным успехом в продолжение трех веков — XII, XIII и XIV, но к началу XV века партия богачей взяла окончательный перевес над партией смердов. Тогда наступило царство неправды и произвола, под влиянием которого развратились судьи, сборщики податей и все остальные должностные лица. Они отягощали лишними и неправыми поборами без того разоренный народ. Сила торжествовала везде, бедняк нигде не находил управы на обидевшего его богача. «А в то время, — читаем мы в летописи от 1446 года, — не бе в Новегороде правды и правого суда, и возсташа ябедницы, изнарядища четы и обеты и целования на неправду, и начаша грабить по селам и по волостем и по городу, и бяхом в поругание суседом нашим, сущим окрест нас; и бе по волости изъезжа велика и боры частые, крич и рыданье и вопль и клятва всими людьми на старейшины наша и на град наш, зане не бе в нас милости и суда права».

От Ярослава Мудрого повелся у великих князей обычай посылать на княжество в Новгород старшего сына. Новгород сознавал свое старейшинство после Киева, потому находил вполне естественным, чтобы у него княжил старший сын старейшего на Руси князя. Так княжил у них старший сын Ярослава Владимир, а после смерти Владимира Изя-слав. Когда Изяслав был изгнан из Киева и бежал в Польшу, новгородцы выпросили себе у черниговского князя Святослава его сына Глеба. Глеб мирно княжил у них 12 лет, пока не сложил голову, собирая дань с заволоцкой чуди. После Глеба любимым князем новгородским был Мстислав, сын Владимира Мономаха, которого новгородцы выпросили себе еще малолетним и воспитали в Новгороде. Время княжения Мстислава, до 1117 года, было цветущим периодом новгородской жизни. Новгород спокойно торговал, успешно подчинял себе враждебные финские племена и распространял свои колонии в диких лесах заволоцкой чуди. Богатые торговцы посылали караваны с приказчиками за Уральские горы в Сибирь. Князь строил церкви и украшал город. Но после 28 лет княжения Мстислав был отозван отцом из Новгорода и послан на княжение в Переяславль. Очень не понравилось это новгородцам. Во-первых, им жаль было расставаться с любимым князем, а во-вторых, такое распоряжение ставило их в зависимость от киевского князя. Княжение нового князя Всеволода было беспокойно, потому что в то время началась уже борьба партий в Новгороде. Новгородцы не любили, когда князья самовольно уходили от них и заставляли их искать нового князя. Они обязали Всеволода клятвой не оставлять их до смерти, но он не сдержал клятвы и уходил от них в Переяславль. Когда же, поссорившись с дядей, он хотел вернуться, новгородцы отказались принять его. Но здесь одержала верх партия, которая была за него. Всеволод утвердился в Новгороде, но вскоре окончательно восстановил против себя народную партию и был снова изгнан. Как мы уже говорили, он кончил жизнь в Пскове, где пользовался большим почетом. После этого бурного двадцатилетнего княжения Новгород начал утрачивать внутреннее единодушие и сплоченность с пригородами. В городе развивалась борьба партий, а пригороды, начиная с Пскова, стали стремиться к самостоятельности. С этого же времени Новгород волей-неволей втянулся в междоусобия южных князей.

Приверженцы Всеволода, знатные бояре, выбрали в князья брата его Святополка и вооружили против Новгорода всех князей потомков Мономаха. Союзники псковичей князья киевские, суздальские, смоленские и полоцкие целое лето морили голодом новгородцев, не пуская к ним ни одного воза с хлебом. Измученные дороговизной съестных припасов, новгородцы должны были смириться перед своим соседом, суздальским князем Юрием Долгоруким. По их просьбе Юрий дал им в князья своего сына Ростислава. Но ни Ростислав, ни Юрий не могли ужиться с новгородцами, так как не желали уважать их прав и старались втянуть их в княжеские междоусобия. Суздальская партия, поддерживаемая Юрием, постоянно интриговала и производила мятежи в народе. Отсюда начинается тяжелая и изнурительная борьба Новгорода с Юрием, продолжавшаяся 19 лет. Юрий не вел открытой войны, но и не давал мира, мешая во всем городу. Он не давал сбирать дань в Заволочье, держал в руках торговлю Новгорода с востоком, потому все богачи, имевшие земли в верховьях Северной Двины и Онеги или торговавшие с камскими болгарами, держали его сторону и враждовали с его противниками.