Недолго пришлось отдыхать новгородцам. Через год они снова просили помощи у Александра, с которым успели уже поссориться. Литва, чудь и ливонцы не переставали беспокоить Псков и Новгород своими набегами. Партии недовольных жителей усиливали зло. Большинство псковичей давно уже относилось враждебно к Новгороду. Некоторые не прекращали изменнические сношения с немцами и руководили их нападениями на Новгород. И теперь руководимые ими немцы двинулись к Новгороду, опустошили по пути селения води и чуди, наложили на них дань в Капорском погосте, построили свой город, взяли новгородский пригород Тесов и только тридцати верст не дошли до Новгорода. Александр откликнулся на просьбы новгородцев и приехал в Новгород со своей низовой дружиной. Собрав, с соглашения веча, новгородцев, ладожан, ижорцев и корелян, он отправился к Копорью и разорил его, прогнав немцев и наказав изменников вожан. В следующем 1242 году вместе с новгородцами и своей дружиной Александр занял все пути к Пскову и неожиданно напал на Псков. Он взял в плен распоряжавшихся там немцев и чудь и освободил Псков после знаменитого Ледового побоища на Псковском озере. Злая сеча была, говорит об этом побоище летописец, льда на озере не стало видно, все покрылось кровью. Немцы ждали, что новгородцы подойдут к стенам Риги, и просили помощи у датского короля. Но Александр удовольствовался тем, что прогнал их из Пскова. Он уехал в Новгород, а оттуда в Суздальскую землю, чтобы проститься с отцом, который должен был ехать в татарскую орду к хану. В его отсутствие в Новгород пришли немцы с дарами и просили мира, который и был заключен с условием, чтобы они отказались от своих завоеваний Пскова, Луги, Води и Летголы. Не прошло и трех лет, как Александр снова был в Новгороде и успешно воевал с литовцами, продолжавшими свои грабительские набеги. Таким образом новгородцы отбились с его помощью от своих главных врагов.
Между тем поработители всей Руси татары, хотя и не завоевали Новгородскую область, присоединяли ее к покоренной стране. Они брали дань со всей Руси, хотели брать и с Новгорода. В 1257 году пришли татарские послы в Новгород, чтобы переписать жителей и обложить их данью. На этот раз новгородцам удалось умилостивить ханских послов богатыми дарами и избежать переписи. Но очевидно, хан не хотел отступиться от того, что считал своим правом. Через два года татарские послы пришли в Новгород вместе с Александром, который уговаривал жителей подчиниться могучему поработителю. Черные люди наотрез отказались от числа и дани, но лучшие люди согласились с Александром и, собрав полки, ударили на чернь, которой пришлось уступить. «Тогда почаша ездить окаяннии по улицам, пишуче домы христианские», — говорит летопись. Сделав перепись и взяв дань, татары уехали вместе с Александром. Летописец рассказывает еще, что при раскладке дани «творяху бояре себе легко, а меньшим зло». С этих пор Новгород должен был давать постоянно дань хану. Александру удалось только избавить его своим ходатайством у хана от баскаков — татарских чиновников, наблюдавших за сбором дани. Баскаки жили во всех других русских городах и причиняли много зла жителям. Александр умер на возвратном пути из орды, в 1262 году, «много потрудившись за землю русскую, за Новгород и за Псков, за все великое княжение, отдавая живот свой за православную веру».
В дальнейших столкновениях новгородцев, а главное псковичей, с немцами — героем и предводителем битв является псковский князь Довмонт. Он участвовал и в кровопролитной битве под городом Раковором, нынешним Везенбергом, основанном в XIII столетии датским королем в Эстляндии. С полками новгородскими и псковскими бились также и ладожане. Немцы — рижане, феллинцы и юрьевцы — присоединились к датчанам — колыванцам (жители города Ревеля), несмотря на данную новгородцам клятву не вмешиваться в их распрю с датчанами. Битва была жестокая, новгородцы одержали победу, но потеряли много людей. Не раз еще приходилось отстаивать Довмон-ту псковичей от немцев и бывших сородичей литовцев. После его смерти враждебные отношения с Литвой часто сменялись мирными. Бывали даже случаи, что псковичи, не получая помощи от новгородцев, обращались к литовским князьям за защитой против немцев, все глубже и глубже забиравшихся в их земли. К тем же литовским князьям прибегали впоследствии и новгородцы, отстаивая свою вольность от посягавших на нее московских князей.
