По свидетельству Геродота, скифы считали себя не пришельцами, а местными жителями и младшим из местных народов. У них существовало такое предание о собственном происхождении: от брака верховного божества, которое Геродот называет Зевсом, с дочерью реки Борисфена (Днепра) родился в пустынной стране человек Таргитавс. У Таргитавса было трое сыновей. Однажды с неба упали золотой плуг, золотое ярмо, золотые стрелы и чаша. Когда старшие братья хотели взять упавшие предметы, то от них поднялся огонь. Только младший брат мог взять их в руки и отнести в свое жилище. Вследствие этого старшие братья передали ему царское достоинство. От братьев пошли разные скифские племена, и племена, происшедшие от младшего брата, получили название царских или паралатов.
Расселившись по всем южным степям, скифы заняли, между прочим, и берега Днепра, где возникла впоследствии Ольвия. Геродот рассказывает также историю одного скифского царя по имени Скила. Мать Скилы была родом из греческого города и научила сына греческому языку и письму. Сделавшись царем, он не мог отстать от греческой жизни. Он женился на гречанке, часто бывал в Ольвии и вел жизнь настоящего грека. Подданные ничего не знали об этом, пока, случайно, некоторые из них не подсмотрели, как их царь участвовал в греческом празднестве. Скифы взбунтовались, провозгласили царем брата Скилы, а его убили за то, что он отрекся от своих обычаев. Нравы у скифов были, по описанию Геродота, жестокие. Убив первого врага на войне, скиф пил из него кровь, головы всех убитых врагов приносились царю, и кто приносил голову, участвовал в добыче; кто не приносил, не получал ничего. В каждом округе было святилище бога войны, в котором стоял старый железный меч. В честь этого бога скифы ежегодно устраивали празднество, приносили в жертву одного из каждой сотни пленников. Зарезав жертву над подставленной чашей и собрав в чашу кровь, ее выливали на меч. На похоронах своих царей скифы убивали множество соплеменников. Тело умершего царя очищали от внутренностей, набивали разными пахучими травами и затем возили по всем подвластным племенам. Подданные в знак печали должны были обрезать волосы, разрезать ухо, порезать руки, лоб, нос и проткнуть стрелы сквозь левую руку. После таких церемоний царя хоронили над Днепром, около порогов. При этом убивали одну из его жен, много слуг и хоронили их всех в одной могиле с ним. Здесь же погребали коней и разную золотую и серебряную посуду. Много могильных курганов разрывают до сих пор по берегам Днепра и в степи. Внутри их находят ряды коридоров с отдельными камерами, в которых помещаются богатейшие гробницы царей, цариц и вообще богатых и знатных скифов. В других курганах находят менее роскошную обстановку, но также много разных предметов, оружия и домашней утвари. Ученые называют курганы, во множестве рассыпанные вверх от устьев рек Днестра, Буга, Днепра и его притоков, Дона и Кубани, — скифскими или сармато-скифскими. Очевидно, скифы и сарматы оставили самый видный след в жизни черноморских степей среди многочисленных племен, перебывавших там еще задолго до первых веков христианства.
В конце второго века после Р. Хр. новая волна накатилась на южные степи. На этот раз волна была с запада, с Балтийского моря, откуда двинулись скандинаво-германские дружины под именем готов. Готы направлялись к Черному морю, вероятно, по тому пути, который называет потом русский летописец путем «из варяг в греки»[8]. По дороге они забрали с собой несколько финских племен и, увеличив таким образом свое войско, сделали натиск на жителей Черноморья. Разоренные и ослабленные предыдущими войнами, аланы должны были отступить на восток, а победители основали на берегах реки Дуная могучее государство. В состав этого государства входили многие восточные народы, которых впоследствии мы видим соседями славян. Вождем готов Германарихом были покорены и славяне-венеты, жившие тогда, судя по сообщениям иностранных писателей, на берегах Балтийского моря. Готский писатель Иордан говорит, что, несмотря на свою многочисленность, венеты должны были покориться Германариху, так как не были искусны в военном деле.
В IV веке, в самый разгар готского могущества, еще при жизни Германариха, появился новый могучий, но варварский народ — гунны. Готы не знали, как объяснить его внезапное появление, и приписали происхождение его нечистой силе. А гунны шли так же победоносно с востока, как полтора века назад шли готы с запада. Покорив обессиленных уже давно аланов, гунны быстро справились и с готами. Престарелый Германарих не хотел быть свидетелем гибели своего народа и кончил самоубийством. Готы распались на несколько частей, причем многие примкнули к полчищам гуннов.
