– А где же наши танки? – спросил Елень.
– Пока нет, но ты не бойся, будут, – ответил Вихура.
Хорунжий построил всех и двоим левофланговым в шеренге – Янеку и Густлику – приказал:
– Вы пойдете на кухню. Надо наносить целый котел воды и начистить картошки.
Прежде чем приступить к выполнению полученного приказа, они пошли вместе со всеми в землянку, в которой с этого момента должны были жить. Несколько ступенек, вырытых в земле и укрепленных жердочками, вели внутрь. Двери были двойные, сбитые из досок. Сразу у входа, под окошком, стоял столик, а рядом – пустая пирамида для оружия. Дальше, слева и справа, тянулись двухэтажные нары, на них были соломенные тюфяки, шерстяные одеяла и даже простыни. В глубине, напротив, стояла большая железная печка, сделанная из бочки из-под бензина; в ней жарко пылал огонь.
Елень потянул Янека за руку как раз в ту сторону, и они быстро заняли два места рядом.
– К печке поближе, оно теплей будет. Но наверху лучше, а то внизу тебя гонять будут дрова в печку подкладывать, – объяснял он, как опытный солдат. – И Шарику в уголке постель устроим, там ему никто не помешает.
В землянке они оставили все, что им было не нужно: Елень – набитый доверху вещмешок, а Янек – охотничью торбу и рукавицы. Потом быстро вышли, чтобы не заставлять офицера повторять приказание.
Кухню нашли легко. Уже издалека заметили брезентовый верх, натянутый на столбах, и здоровенный котел на автомобильных колесах с дышлом впереди, с короткой трубой, над которой был установлен жестяной грибок. Рядом лежала куча наколотых дров, а под навесом стояли вкопанный в землю стол и шкаф, сделанные из необтесанных досок.
Навстречу им вышел плотный, лысеющий мужчина средних лет, с двумя нашивками на погонах. Янеку показалось, что форма на поваре слишком просторна для его роста и комплекции. Густлик ткнул товарища в бок, встал по стойке «смирно» и доложил:
– Пан капрал, рядовой Елень и рядовой Кос прибыли в ваше распоряжение.
– Хорошо, хорошо, только зачем так громко кричать? Один – зверь, другой – птица, вот у меня уже и зоопарк 6 , – пошутил он. – Ты давай воду таскай, а ты садись и начинай картошку чистить, – распорядился он, подавая Янеку ножик с деревянной ручкой, у которого был отломан конец.
Елень взял два ведра с коромыслом и, придерживая их кончиками пальцев, направился в лес. Между деревьями виднелся длинный колодезный, журавль, косо торчащий вверх.
Янек осмотрел обломок ножа, отложил его в сторону и вытащил из-за пояса ватника свой, охотничий, с узким и длинным лезвием. Уселся поудобнее и, доставая из мешка по две-три картофелины сразу, стал чистить, как когда-то его учил Ефим Семенович. Нож держал неподвижно, только пальцы снизу быстро поворачивали картофелину. Одна за другой, белые, скользкие от выступающего крахмала, они с бульканьем падали в большой котел, до половины наполненный водой.
Повар стоял сбоку и внимательно наблюдал.
– Ловко. Будешь стараться, возьму тебя поваренком. С капралом Лободзким не пропадешь, хлопче, – сказал он, похлопав Коса по плечу.
Из-под стола донеслось короткое ворчание.
– А это что? Собака на кухне? Не успел оглянуться, а она тут как тут. Пошла вон!
– Оставь, – перебил его Янек, – это моя. Иди сюда, Шарик.
Он отвел Шарика под дерево, выбрал место, где было побольше осыпавшейся хвои, приказал ему лежать, а сам вернулся к своей работе. Очищенные картофелины снова полетели одна за другой в котел.
Изумленный повар молчал с минуту, а потом, перейдя к противоположной стороне стола, повернулся к Янеку и заявил:
– Ты мне не тыкай, мы с тобой свиней вместе не пасли. – Он подождал еще немного, но, не услышав ответа, строго спросил: – Ты что молчишь? Надо отвечать: «Слушаюсь, гражданин капрал!»
Янек отложил в сторону нож и картофелину, встал и произнес:
– Слушаюсь, гражданин капрал.
Лободзкий пожал плечами и пошел к котлу. Увидев, что Елень уже выливает из ведер воду, сказал:
– Осторожно, не разлей, а то лужа будет.
Янек продолжал чистить картошку. Руки у него замерзли от влажных очистков и прикосновения к холодному металлу, а в глубине души поднимался протест. Совсем иначе представлял он себе армию: подогнанный мундир, оружие, стрельба, танки… А вместо этого все началось с картошки, глупых замечаний и бессмысленного повторения «Слушаюсь, гражданин капрал». От холода и злости он еще быстрее заработал пальцами, ожесточенно снимал кожуру, швырял картофелины в воду. Каждые десять минут он слышал, как Елень, бренча пустыми ведрами, быстрым шагом направляется к колодцу, а затем возвращается, что-то насвистывая, и выливает воду из ведер в котел.
Повар достал из шкафа банки с консервами, расставил их на столе по четыре в ряд, пересчитал. Елень повесил ведра и коромысло на гвозди.
– Готово, пан капрал. Могу помочь чистить картошку.
– Ты свое дело сделал. Хочешь, помогай, а не хочешь, не надо.
