Повар отвернулся, опять стал рыться в шкафу и достал с нижней полки большую кость с остатками мяса на ней. Елень присел рядом с Косом и принялся чистить картошку. Оба, не прерывая работы, наблюдали, как повар отошел от стола и свистнул, показав кость Шарику. Тот не двинулся с места и даже не повернул головы.
– Ого, какой гордый, – произнес озадаченно Лободзкий.
Он направился к дереву, под которым лежал Шарик, и сунул ему кость под нос, но тот не взял ее.
– Слушай, ты, Скворец или Дрозд, или как там тебя звать!.. – крикнул он Косу. – Что это твой пес такой гордый? Под нос ему сую, а он не берет. Может, он уже чего стащил и насытился? – проворчал повар, вернувшись на кухню. – На, отнеси ему сам.
Янек взял кость, отнес, и Шарик с аппетитом стал рвать остатки мяса, дробить мосол крепкими коренными зубами.
– Ишь, бестия, как челюстями работает. – Повар присел на край скамейки, продолжая наблюдать за Шариком. – Живи, Кос, со мной в согласии, оба не пропадете: и ты, и собака твоя. Только помните, кто вас кормит.
Кос ничего не ответил. Лободзкий взял банку с солью и отошел к котлу.
– Ты чего, Янек, нос повесил, повар тебе не по душе пришелся? – спросил Елень.
– Повар и вообще…
– В армии так уж заведено: нет мамы, кругом сами.
– Эй вы, скоро там закончите? – крикнул Лободзкий.
– Еще немного осталось, – ответил Елень.
– Наруби еще дров. Сейчас будем растапливать.
– Слушаюсь, пан капрал.
Елень отошел за брезентовый навес, откуда вскоре раздались удары топора. Повар вернулся от котла, отрезал краюху хлеба и, открыв банку с консервами, пальцем намазал на кусок толстый слой. Опершись на стол, он ел, оглядываясь по сторонам. Янек бросил последние картофелины, потрогал их рукой – котел был полон. Вытерев нож о ватник, он вложил его в чехол и посмотрел на повара.
– Чего глазеешь? Голодный? Ты не собака, голову на плечах имеешь, так соображай. Вот бери кусок… Что, не хочется? Ну смотри, как знаешь.
Кос встал и твердым голосом произнес:
– Консервы для всех…
– Не обеднеют. Где едят сто, там двое наедятся. – Капрал выскреб ножом остатки жира и мяса, пальцем вытер края банки и аккуратно поставил ее посреди других выстроенных в ряд банок вверх дном, так что она казалась целой, как и остальные.
– Ты же человек, у тебя голова на плечах. Значит, соображать должен: придут проверять закладку продуктов в котел, смотри не заикнись, а то тебе это боком выйдет. – Говоря так, капрал намазал остатки мяса на надрезанную буханку и примерялся ножом отрезать кусок потолще.
Янек шагнул вперед:
– Оставь!
– Ты, сопляк! – Повар даже покраснел от злости. – Хватит умничать! Сам собаке носил кость с мясом.
– Это вы мне дали.
– Посмотрите на него! А собаке кто давал: я или ты? – Капрал поднес ко рту кусок хлеба с мясом.
– Оставь, – повторил Кос.
– Сейчас вот как огрею! – Отложив хлеб, повар схватил здоровенный, как миска, черпак, насаженный на метровой длины ручку.
Елень, привлеченный криком, выглянул из-за навеса.
– Вы меня звали, пан капрал?
Янек взял со стола порожнюю банку и, повернувшись к Густлику, показал ему на вырезанное дно.
Лободзкий поднял руку, хотел схватить Коса, но Елень в два прыжка очутился между ними.
– Убери руку, дурень, – угрожающе произнес он.
Повар, увидев в руках Густлика топор, отскочил как ошпаренный, а в следующее же мгновение споткнулся, вцепившись ногой за край скамейки, и с размаху сел в котел с картошкой.
– А, холера, я вас… – Он не докончил своей угрозы и остолбенело уставился в сторону навеса.
Они проследили за его взглядом и увидели плотного мужчину в зеленой полевой конфедератке, из-под которой выбивались черные вьющиеся волосы. Со страхом заметили на погонах серебряную генеральскую змейку и вышитую звезду.
– Вылезайте из этого котла. Что здесь происходит? Кто посадил повара в воду? А почему у вас, рядовой, в руках топор?
Только сейчас Елень заметил, что все еще продолжает сжимать в руке топорище, и понял, почему повар так испугался его. Не смутившись, однако, он положил топор на стол и, сделав шаг вперед, отрапортовал:
– Пан генерал, рядовой Елень докладывает, что повар сам влетел в картошку. Он сам виноват, пан генерал.
Капрал выбрался наконец из котла и, стряхнув рукой воду с брюк, пожаловался:
– Они напали на меня, гражданин генерал.
– Не успели солдатами стать, а уже в нарушители записались? Как же вы посмели поднять руку на капрала?
– Капрал, а мясо жрал, – возразил Елень.
– Какое мясо?
– Да консервы, пан генерал. Вместо того чтобы в котел положить, сам сожрал, – показал Елень на перевернутую пустую банку.
– Как это было? – повернулся генерал к повару.
– Этот малый кости собаке вынес…
– Я спрашиваю, кто ел консервы? – Подождав с минуту ответа, генерал крикнул: – Дежурный!
Из ближайшей землянки выбежал солдат с автоматом.
– Заберите его. Доложите начальнику, чтобы он посадил его на десять суток.
Повар хотел что-то сказать, но, видно, передумал и пошел впереди дежурного, снимая на ходу ремень.
– А с вами я тоже еще поговорю, – грозно пообещал командир бригады.
– Повара нет, а людям есть надо. Приготовите сами?
– Приготовим, – ответил Елень.
